Уилл снова залился смехом.

Робу не слишком понравилось, что его тычут носом в собственные ошибки, однако то, что Уилл назвал Эшера «ее капитан», понравилось ему куда меньше.

— Угадал, — буркнул он, осторожно потрогав то место, куда впечаталось колено Давины.

— Стало быть, ты все-таки решил оставить его тут? — посерьезнев, спросил Уилл, видя, что Роб повернулся и зашагал к воротам аббатства.

— Да. И она останется тут вместе с ним.

Давина, стоя в одиночестве на колокольне аббатства, смотрела, как Роб с остальными покидают Курлохкрейг. Нет, она не плакала — слезы ведь не могут кого-то вернуть, думала она. И удержать кого-то они тоже не могут. Да и с чего бы Роберту Макгрегору вдруг вздумалось вернуться? Он и так уже столько сделал для нее, напомнила она себе. Она не хотела, чтобы он уезжал. Она смотрела, как маленький отряд постепенно исчезает вдали, и чувствовала, что сердце у нее разрывается.

Глава 11

— Зря мы оставили ее там. Не нужно было этого делать.

Финн, как обычно, старался держаться поближе к Робу.

— Она сама так решила, — терпеливо напомнил Роб, чуть ли не в третий раз с тех пор, как они выехали из аббатства.

— Но ведь она бы уехала с нами, если бы ты согласился взять с собой капитана Эшера, разве нет?

Закрыв глаза, Роб негромко выругался. Меньше всего ему сейчас хотелось, чтобы кто-то напоминал ему о Давине. Так лучше, напомнил он себе. Зря он вообще предложил отвезти ее в Кэмлохлин. То, что Эдварду удалось отыскать ее, вовсе не значит, что это удастся и Джиллсу. К тому же Давина ему даже не родня, напомнил себе Роб. Кровь Христова, он даже сомневался, что в ее жилах течет шотландская кровь! Ей нет и не может быть места в его жизни, и не только потому, что она обещана Богу. Эта девушка навлечет опасность на каждого, кто будет настолько безумен, что свяжется с ней, твердил себе Роб. Если бы он взял ее с собой, он сам и все, кого он любил, скорее всего погибнут. Одному Богу известно, сколько людей хотят ее смерти… а он даже не знает почему. Она сама и этот ее чертов капитан молчат, словно набрали в рот воды! Положим, он не настолько глуп, чтобы поверить, что за ней охотится весь голландский флот только из-за того, что она когда-то была с кем-то там помолвлена — конечно, если речь не идет о переходе в другую веру. Проклятие, он окончательно спятил, что вообще заикнулся о том, чтобы отвезти ее домой! Оттого что он был вынужден бросить ее, на душе у Роба было мерзко, но, черт возьми, в конце концов, она ему не жена, не сестра и не любовница! Судя по всему, она терпеть его не может. И будь он проклят, если она ему доверяет — в особенности после того, как этот чертов Эшер вдруг взял и восстал из мертвых. Разве он ей что-то должен? Естественно, нет. Учитывая, что перед аббатством не топчется целая армия, способная выдать ее присутствие, опасность Давине не грозит, успокаивал себя Роб. Спрятать одного человека — плевое дело. В аббатстве полным-полно закоулков, куда Джиллсу даже не придет в голову сунуться.

— Объясни мне все-таки, почему мы не могли забрать его с собой?

— Он — англичанин! — прорычал Роб.

Финн откашлялся, лихо сдвинув на затылок свою зеленую шапочку:

— Ну, я тоже англичанин… наполовину.

— Угу, — буркнул Роб, — только эта самая половина не заставит целую армию перевалить через горы Элгола, чтобы перерезать нас… или, на худой конец, заставить нас изменить свою веру и традиции!

— А ты считаешь, что эта самая армия попрется туда из-за одного капитана Эшера?

— Не исключено, — отрезал Роб.