— Что я? Я как последняя идиотка еще, помню, подумала — куда она без очков пойдет с таким зрением? Меня это просто… ну не знаю, — Люси снова замолчала, увидев, что Майкл досадливо поморщился.

— Я попросила ее подождать. Сказала, что быстренько накину что-нибудь и пойдем вместе. Мне ведь показалось, что твое указание позаботиться о ней означало к тому же не оставлять мисс Лалли одну. Но увы! В этот-то момент она и выложила. Мистер Шейн, говорит, специально просил передать, чтобы я явилась без сопровождения, а вы остались дома. Ну а я… я решила, что у тебя свои причины поступать подобным образом, спорить не стала. Но попросила, правда, сказать хотя бы, куда ты ей приказал явиться.

Тогда мисс Лалли поджала губки, скорчила этакую рожицу — Боже ты мой! — извинилась и добавила: а это, мол, мисс Гамильтон, большой секрет, который никто, включая вас, знать не должен. И что ты хочешь, чтобы я подумала в такой ситуации? Хочешь заводить шашни и лазать под каждую юбку — пожалуйста, мешать не буду…

— Люси! — Майкл не выдержал, снова сел прямо и, взяв обе руки молодой женщины в свои, посмотрел ей в глаза. — Неужели до сих пор ты меня не раскусила? Сейчас же выкинь эту дрянь из головы и давай вместе пошевелим мозгами. Время не терпит.

— Извини, Майкл. Я, наверное, все испортила. Но сам посуди — что мне оставалось делать? Удержать ее, остановить? Но она крупнее меня и сильнее. Преследовать, следить? Тоже не могла. Я так обиделась, так завелась, что перестала нормально соображать. Ты думаешь, ей грозит опасность? Это был убийца, воспользовавшийся твоим именем?

— В данный момент я думаю о том, что если чему опасность и грозит, то первой половине моего десятитысячного вознаграждения, — успокоил ее Шейн. — Это Джентри звонил. Уилл Джентри, кто же еще? Работали в паре с Тимом. Сомневаюсь, что одному из его подручных было поручено сделать контрольный звонок на случай, если к телефону подойдешь ты. Тим сам сказал, что звонил тебе на квартиру, но давать какую-либо информацию ты отказалась.

Люси кивнула.

— Да-да, это было, — лицо у нее прояснилось. — Тим звонил примерно в одиннадцать тридцать. Его я узнала сразу, и когда он спросил, известно ли мне что-нибудь о мисс Лалли, я ответила, что абсолютно ничего не знаю. А что это ты имел в виду, Майкл, говоря о пяти тысячах?

— Человек по имени Бертон Харш. Из местных деловых тузов. Я смог уговорить его собрать для меня в течение часа эти деньги, пообещав держать мисс Лалли в недосягаемости от полиции. Позавчера ночью, надравшись как следует, он заявился к Саре Мортон, кричал и грозился убить, — Шейн пересказал вкратце, что ему поведал Бертон Харш. — А теперь, если он пронюхает, что мисс Лалли в лапах у Джентри, до того, как передаст задаток, — считай, денежек этих я уже не увижу.

Какое-то время Майкл угрюмо теребил себя за ухо, затем продолжил мысль:

— Впрочем, сейчас Джентри и Рурк считают, что Сару Мортон прикончил ее собственный муж, и если они уже сцапали его, то к чему делать достоянием широкой публики пьяные выпады Харша, логично? Поэтому мне срочнейшим образом необходимо связаться с Уиллом и воззвать к его здравому смыслу.

Он поднялся с кушетки и направился к телефону.

— Пока я звоню, ангел, взболтай чего-нибудь выпить.

Номер центрального управления был занят, и Шейн дозвонился лишь с третьего раза.

— Шефа на месте нет, — ответил странный незнакомый голос, — но скоро будет. Чем могу служить?

— Благодарю, но дело личное. Касается мисс Беатрис Лалли, свидетельницы по делу об убийстве Сары Мортон.

— О, понимаю, сэр. Мы бы очень хотели выйти на мисс Лалли. Пожалуйста, если у вас имеется какая-то информация относительно ее местонахождения, я готов выслушать и записать.