А путь и впрямь был нелегок.

Верно, Пелопоннес обогнули и дошли до Керкиры [Керкира – современный остров Корфу] благополучно. Зато потом...

Семь суток полного безветрия между Керкирой и проливом Сциллы и Харибды [пролив Сциллы и Харибды – Мессинский пролив]. Обессиленные гребцы, обливаясь жарким потом и протяжно стеная, не могли уже вырывать тяжелые весла из будто загустевшей воды. А за проливом противный ветер. Медленнее черепахи полз корабль вдоль италийского берега. Когда же доползли до Питиуссы – Обезьяньего острова, что лежит против Кум, – такое узнали...

Полмесяца назад, как рассказали Горгию, у берегов Кирны [Кирна – древнегреческое название Корсики, на которой находилась фокейская колония Алалия; Кумы – колония древних греков в Италии, близ города Неаполя] боевые фокейские триеры сшиблись в морском бою с несметной флотилией карфагенских и этрусских кораблей. Давно уже карфагеняне точили зубы на фокейских мореходов – не давала им покоя торговля греков с богатым Тартессом. И вот, заключив союз с этрусскими морскими разбойниками, напали они на фокейцев. Яростно обменивались неприятельские корабли градом камней из баллист, сваливались бортами, бились врукопашную на палубах. Разошлись поздним вечером, оставив три с лишним десятка кораблей – жаркими факелами горели они в ночи. Не одолели греков карфагенские воины в открытом бою, но слишком велики были потери фокейцев. Пришлось им отступиться от Алалии, отдать Кирну врагу.

Советовали Горгию поворачивать обратно.

– Все равно не пройдешь в Тартесс. Даже если проскочишь к иберийским берегам, к Майнаке [Майнака – фокейская колония на юго-восточном побережье Иберии], остановят тебя карфагеняне в узком месте, у Геракловых Столбов. Слышь, купец, поклялся Карфаген, что ни один фокейский корабль не достигнет больше Тартесса. Принеси жертвы богам и поворачивай назад.

– Жертвы богам я принесу, – ответил Горгий после долгого раздумья. – Но сворачивать с пути не стану. Запад опасен, но еще большая опасность надвигается на Фокею с востока.

– Персы? – спрашивали колонисты из Кум.

– Персы, – подтвердил Горгий. – Фокее нужно оружие. Много оружия. За этим я и плыву в Тартесс. А дальше – как будет угодно богам.

– Да, да, – кивали колонисты. – Оружие в Тартессе хорошее... О боги, что станется с Фокеей!

Горгий принес богатые дары Посейдону и Аполлону – укротителю бурь – и вышел в море. Упрямо держал на запад. Божественные близнецы Кастор и Полидевк, сияя в ночном небе, указывали ему дорогу. Ужасная двухдневная буря обрушилась на корабль и поглотила бы его, если б не дары, принесенные в Кумах. Она же, эта буря, спасла корабль от этрусских морских разбойников, погнавшихся было за Горгием у острова Ихнусса [Ихнусса – древнегреческое название Сардинии].

Дальше, за Ихнуссой, был долгий и опасный переход до Островного моста – тысяча шестьсот стадий открытого пустынного моря.

Остались позади затаенные в вечерней дымке Мелусса и Кромиусса, населенные дикими балеарами, несравненными метателями камней, ныне подвластными, по слухам, Карфагену.