На пятьдесят седьмом шагу ребята благополучно достигли следующего поворота.

По последнему известному Феде коридору шли крадучись, сильно сбавив ход, и все время прислушивались, чтобы не попасться врасплох. Наконец Федя нащупал провал в стене — вход в короткое ответвление, ведущее к двери бункера. Очень-очень тихо и с большими предосторожностями они подкрались к самой двери. За ее металлической плоскостью слышались приглушенные голоса.

Федя опустился на колени и очень осторожно потянул на себя дверную ручку. Дверь отворилась всего на сантиметр, не больше, и сразу же из-за нее вырвался свет, а голоса стали значительно громче.

— Идите отсюда! Идите! — раздраженно рявкнул Сергей Сергеевич.

— Когда начнешь? — спокойно спросил голос Витаминыча.

— Пошли вон! Мне пить сегодня нельзя, какого хрена вы тут толчетесь? Убирайтесь! Слонопотама проведаю и начну плавку. Пошли вон!

— Ладно, пошли, — глухо прозвучал голос Андрея.

— Ни пуха, — бросил Борис Вениаминович.

— Пошли вон! К черту! К дьяволу! — истерически взвизгнул Сергей Сергеевич.

Федя дернул Петьку за рукав.

— Бежим, — сказал он одними губами, но Петька все понял.

Когда они были у самого конца ответвления, там, где начинался широкий коридор, Федя на доли секунды задумался, в какую сторону им следует повернуть, чтобы спрятаться, но дверь начала открываться, потоком хлынул свет, разрезав спасительную тьму, и опять по интуиции Федя потащил Петьку направо. Отскочив еще на пару шагов, они бросились на пол и затаились.

«Только бы не споткнулись о леску, только бы не споткнулись», — билась единственная мысль в Фединой голове. Когда шаги приблизились и стал явственно виден играющий свет фонаря, эта мысль сменилась другой: «Только бы повернули налево, только бы повернули налево».

Свет фонаря и обе фигуры действительно повернули налево. В который раз Федя перекрестился.

— Куда дальше? — прошептал Петька, когда свет фонаря скрылся в конце коридора за следующим поворотом. Сразу почти не стало слышно голосов, а шагов и подавно.

— Ну не за ними же, — тоже прошептал в ответ Федя, — они пошли водку пить, а выход где-то в другой стороне. И надо спешить, а то Эсэс пойдет слонопотама проведывать.

— Это кто?

— Не знаю. Пошли.

Опять двигались молча. Опять в темноте. Опять Федя считал про себя шаги, щупал стену и разматывал леску. Петька дышал в спину. И вдруг, на восемьдесят девятом шагу, прямо откуда-то из-под ног донесся глубокий страдальческий вздох.

— О-ох…

— О-о, — само собой, хоть и негромко, эхом вырвалось у Феди. Холодная жуть пронизала его от пяток до самой макушки.

— Кто там? — послышалось из-под земли.

— Не отвечай, — зашипел в затылок Петька.

— Мужики, это кто? Помогите!

Слово «мужики» почему-то вывело Федю из ступора и придало ему силы.

— Дай фонарь, — приказал он Петьке и, нащупав в темноте у себя за спиной ребристый корпус, нагретый Петькиной ладонью, нажал кнопку.

Свет сразу брызнул под ноги. Федя стоял на самом краю ямы. Она была не столь велика в ширину и длину по сравнению с той, в которой они здесь жили. По краям коридора оставались узкие проходы, да и перепрыгнуть ее было нетрудно, особенно если разбежаться. Но в темноте загреметь в эту западню можно было запросто.

— Мужики, помогите, — опять взмолился голос из ямы.

Федя стал на колени и посветил вниз, Петька перевесился над его головой.