Я кивнул.

– Нет, – он подошел ближе и стоял теперь вплотную ко мне. – Ты еще не понимаешь, пока это для тебя лишь слова. Запомни… Ворон, – Артур едва заметно усмехнулся, – я сделаю из тебя того, о ком ты грезил. За двадцать процентов.

– Конечно… я…

– Сейчас ты согласен на всё. И в первый год будешь настолько мне благодарен, что не захочешь ничего менять. Но потом… Потом ты начнешь задумываться, так ли тебе нужен какой-то там Артур? Кто принес тебе имя, деньги и славу – именно я или твой талант и трудоспособность? И мой тебе совет: вспомни тогда этот разговор. Вспомни и не вздумай утаить от меня хоть что-нибудь. Пятая часть твоей славы и твоего успеха – моя.

Он ушел, а я всё никак не мог прийти в себя.

Откуда он знает? Черт его возьми, откуда?!

Первое турне прошло удачно. Без получасовых оваций, но почти везде нас встречали переполненные клубы.

Домой я вернулся окрыленным. Записал несколько своих песен: давно собирался. Артур одобрил, но высказался в том плане, что пора бы и нормальную программу репетировать.

– То есть?

– Большую программу. Сольник. Как положено – с танцевальной группой, с музыкантами… Песни подберем подходящие. Не вечно же тебе по клубам выступать.

Энергия Артура била через край. Откуда-то появились и музыканты, и четыре очаровательные красотки с ногами от ушей – на подтанцовки. Мы репетировали до упаду. Сначала мои старые песни, потом «один знакомый» композитор уступил нам права на несколько ударных хитов.

– Совсем недорого, – ответил Артур на мой вполне естественный вопрос. – Он сейчас на мели, первая жена из него все жилы вытянула на алименты. Да еще дочка в больницу попала. В общем, деньги нужны, никуда не денешься. Вот и распродает всё за бесценок. Он самые удачные вещи приберег, себе на юбилей оставил. Хотел полтинник так отметить, чтоб всем запомнилось. Не получилось. Видишь, как оно всё бывает.

Потом пошли туры, отдельные концерты, правда, пока еще по Подмосковью, да по соседним областям. Жизнь завертелась так, что иногда я по месяцу не ночевал дома. Провинциальные гостиницы, перестроенные дома отдыха, частные поместья мелькали с калейдоскопической быстротой. Один раз довелось выступать в кают-компании круизного теплохода: алюминиевый король отмечал посреди Средиземного моря полюбовное соглашение с прокуратурой.

Меня стали узнавать на улицах, и это было приятно. После концерта фанаты рвались сквозь оцепление, тянули блокноты для автографов. Журналисты провинциальных желтых листков как бульдоги вцепились в мою личную жизнь. Бешеный ритм концертов, репетиций и туров не оставлял для нее ни единого шанса. Но по совету Артура я не стал разочаровывать бойких репортеров, ограничиваясь туманными намеками. Что, конечно, еще больше раззадорило СМИ. Выдумки громоздились одна на другую, и я иногда просто со смеху покатывался, читая в желтой прессе о своих приключениях. Но юмор ситуации куда-то пропал, когда Артур сказал, что некоторые из «утечек» он организовал самолично.

Я даже не пытался возмущаться – ему виднее.

Но газеты читать расхотелось. Особенно после того, как узнал, что особо ретивого папарацци избили мои поклонники. Бедняга попал в больницу со сломанными ребрами и сотрясением мозга. «Тайны Ворона» пресса взялась муссировать с удвоенной силой. Мол, если бы их не было, стали бы их так охранять?

Бог с ними, пусть сами разбираются.

Как-то раз я спросил, почему мы ни разу не уезжали дальше Нижнего.