Акила фыркнул.

— Не наводите тень на ясный день, барон. Вы знаете, как много для меня значит библиотека, но решили не подчиниться мне.

— Да, иначе Лиирия погрязла бы в долгах, — заметил барон. Вы не оставили мне выбора, Акила! Я сделал то, что был должен.

— Действительно. Вы сделали выбор, барон. А теперь заплатите за это. — Акила повернулся к Грэйгу. — Арестуйте его!

Начальник стражи так и разинул рот.

— Милорд?…

— Вы же слышали меня, Грэйг. Барон Гласс — предатель. Посмотрим, сколько он протянет в застенках Бориора.

— Милорд, нет! — вскричал Брек.

— Король Акила, это же безумие! — поддержал Хогон. Он встал между Грэйгом и королем. — Я этого не позволю!

Акила сверлил его взглядом.

— Нет?… Слушайте меня, старик — вы служите мне . И должны исполнять мои приказы. — И обвел глазами вытянувшиеся лица присутствующих. — Вы меня слышали? Я король!

Брек протянул к нему руку.

— Милорд, ну все, достаточно…

Акила отшвырнул его прочь.

— Нет! Не желаю ничего слушать! Я только и делал все эти месяцы, что слушал вас всех, считающих, что вы можете править Лиирией лучше меня и болтать обо мне за моей же спиной. Норвор угрожает мне, а я бездействую. Гласс строит козни против меня, я молчу. На сей раз довольно! — Он указал обвиняющим перстом на Гласса. — Настал ваш черед платить по счетам, барон. Теперь вам меня не победить!

— Боже, да он сошел с ума, — прошептал Хогон. Он уставился на Акилу, не веря глазам.

Акила снова обратился к начальнику стражи:

— Грэйг, что за дурацкое выражение на твоем лице? Арестуй барона Гласса. Это приказ.

— Акила, не заставляй меня делать это…

— Не перечь мне, — предостерег Акила. — Предупреждаю: я не намерен больше терпеть эти беззакония.

— О Небо, король Акила, задумайтесь на минуту — я же не враг вам! — воскликнул Гласс.

Акила не обращал на него внимания. Он не сводил глаз с начальника стражи:

— Делай, как я сказал, Грэйг!

— Акила…

— Выполняй!

Грэйг беспомощно огляделся по сторонам. Канцлер Хогон скривился, не зная, что предпринять. Брек побледнел, как снег. Наконец, стражник был вынужден повиноваться.

— Простите меня, барон, но у меня не остается выбора.

Барон Гласс кивнул.

— Ладно. — Он посмотрел на Акилу. — Акила Добрый — так, кажется, вас называют?

— Это имя мне дал народ, — с гордостью отвечал король. — А не жирные богатеи вроде вас.

— Вы доведете всех до беды, — промолвил Гласс. — Грэйг взял его за руку и повел к двери, но барон не мог уйти, не договорив. — На вашу библиотеку не осталось денег, вы, глупец.

— Напротив, барон, — заявил Акила. — Вы заплатите за нее. Вы и остальные из когорты толстосумов.

— Что?

— Счастливо посидеть в Бориоре, барон.

— Вы не посмеете тронуть мое имущество!

Грэйг поспешил вывести Гласса из зала. Крики и угрозы барона еще долго были слышны в коридоре. Когда они стихли, Акила закрыл глаза и глубоко вздохнул. Его голова гудела. Если не отдохнуть, он может упасть в обморок. Открыв глаза, он увидел Брека и Хогона, глядящих на него.

— Я был должен поступить таким образом, — объяснил он. — Барон — изменник.