Не скрывая обиды, Трагер тяжело засопел и покинул комнату в сопровождении своих телохранителей. Когда за ними закрылась дверь, Акила послушал еще с минуту, потом указал ганджису на кресло.

— Садись, Грак, — сказал король.

Тот нервно произнес:

— Я лучше постою, милорд.

— Не будь идиотом, садись, — приказал Акила.

Грак неловко уселся напротив Акилы. Акила налил вина в чистый бокал и протянул его Граку. Тот неловко принял бокал.

— Я чувствую себя не в своей тарелке, король Акила, — признался Грак. Он не отпил из бокала и даже не посмотрел на него. — Почему я здесь?

— Потому что я хочу поговорить с тобой о человеке, у которого был амулет, — его голова внезапно отяжелела. Алкоголь все-таки навалился на него. — Ты говоришь, у него была повязка на глазу?

— Была, — кивнул Грак.

— А его звали Лукьеном?

— Точно, милорд.

Самый звук ненавистного имени вызвал у короля гримасу.

— Так, значит, он глаз потерял, — машинально произнес Акила. Непонятно, отчего, эта новость опечалила его. — Но в остальном он в порядке?

Грак пожал плечами.

— Надеюсь, что так, милорд. Вернее, не могу сказать, — он неловко улыбнулся. — А почему вы беспокоитесь об этом человеке, милорд? Разве он не враг вам?

Акила начал было отвечать, но запутался в словах. Поэтому он просто кивнул. Он знал, что выпивка забирает у него силы, но перед глазами у него стояло красивое лицо Лукьена и он сожалел, что теперь это лицо изуродовано.

— Я помогу вам найти этого человека, — пообещал Грак. — А когда отыщете его, то сможете отомстить.

Акила кивнул.

— Да, — он снова отхлебнул из бокала и осушил его до дна. Потом снова налил себе из бутылки. Ночь впереди длинная, и его ожидают долгие муки. — Случай прислал мне тебя, — сказал он Граку. — Теперь моя охота будет успешной.

— Если вы готовы тратить большие деньги, милорд, то я провожу вас и ваших людей через пустыню.

Акила угрюмо рассмеялся.

— Деньги ничего не значат для меня. Я все, что имел, истратил на вендетту. После этого перехода я останусь на бобах.

— Как это, милорд? Не понимаю.

— А вот так: стану нищим. Я истратил все богатства Лиирии на подготовку этого похода. Заплатив тебе за услугу, я останусь без единой монеты. И вся Лиирия — тоже.

Выражение лица Грака стало серьезным. Он оглянулся на дверь и прошептал:

— Милорд, а ваши люди знают об этом?

— Нет, — ответил Акила. — И ты ни словом им не обмолвишься. Если скажешь, я убью тебя.

Угроза заставила ганджиса сжаться. Он медленно кивнул.

— Милорд, если так — что вы будете делать, когда вернетесь домой?

Акила поманил его пальцем подойти ближе. И зловеще прошептал:

— Я не собираюсь возвращаться домой, — он откинулся назад с улыбкой маньяка на губах. — У меня в Лиирии ничего не осталось. И вообще нигде. Вот убью Лукьена — и мои труды закончатся.

48

Вот уже три дня Лукьен и Гилвин жили в Гримхольде, и все три дня Бронзовый Рыцарь ломал голову над обороной крепости. Им выделили скромную комнатку на первом этаже замка — неподалеку от той, что занимали Прорицательница с матерью. Подобно прочим помещениям Гримхольда, она была без окон; лишь пара масляных светильников освещали ее. И все же эта комнатка как нельзя лучше подходила паре друзей.