Отсюда следует вывод, что этот мир может принимать других обитателей бытия.

По спине пробежал мороз. Сложно даже представить что может сюда явиться. Нет, в такое верить не хочется. Пусть остается в разряде фантастики.

Шерер встретила нас в своем кабинете. Тощая прислуга проводила нас к мадам, ушла готовить чай, что бубня себе под нос.

В комнате мадам приторно пахло сладкими благовониями, но чересчур сильно, от чего уже через пять минут у меня заболела голова. В углах притаились тени, у камина развалился огромный черный кот, лениво потягиваясь и презрительно кидая на нас взгляды.

— Господин Пушкин! — воскликнула Шерер с придыханием. — Мне так жаль! Такое случилось! Я до сих пор в шоке от всего! С тех пор еще ни разу не проводила больше сеансов — нет сил, ни моральных, ни физических. Словно стержень из меня вынули. Вот тут, — она показала на грудь, — словно камней набилось. Так это ужасно! Подумать только — стрельба в моем доме. Этот негодяй, он сошел с ума!

— Мы сегодня встречались с ним, — сообщил Федор Иванович.

Брови Шерер поползли вверх.

— Зачем? — одними губами пролепетала она.

— Хотели разобраться во всем произошедшем, — в ступил я в разговор.

Шерер не нашлась что ответить на этого. Она поднялась с кресла, вновь в него села. Спросила у меня отстраненно:

— Александр, как ваше ранение?

— Спасибо, все хорошо. Мне гораздо лучше. Уже все зажило.

— Разобраться в произошедшем? — задумчиво повторила мадам, возвращаясь к сказанному ранее. — Так чего тут разбираться, и так все понятно. Этот негодяй вытащил пистолет прямо в моем доме и выстрели в вас. По-моему, все предельно понятно.

— Есть определенные моменты, которые не дают нам быть настолько уверенными во всем произошедшем, — аккуратно сказал я.

— Что вы имеете ввиду?

— Мадам, вы ведь общаетесь с духами. Кому если не вам знать о тонкой грани, разделяющей этот мир с миллионом других?

Я откровенно издевался. Мне не верилось, что Шерер могла вызывать призраков и прочую нежить на своих сеансах и что все проводимое в ее доме — не больше, чем простое представление. Но вывести на разговор ее как-то нужно было.

Но Шерер вдруг с пылом воскликнула:

— Верно! Я знаю насколько эта грань тонка. Порой слишком тонка.

— И может порваться, — добавил я, от чего брови мадам вновь поползли вверх.

— Так значит это произошло вновь?

— Что вы имеете ввиду? — настала пора удивляться уже мне.

— Что значит — вновь? — тоже заинтересовался отец.

Шерер прикусила губу, поняв, что сболтнула лишнего. Но нас уже было не остановить.

— Договаривайте до конца, коль начали.

— Семь лет назад… — Шерер поднялась с кресла, подошла к стеллажу с книгами. — Сейчас, постараюсь найти.

Она принялась рыскать по корешкам, не сразу смогла найти нужное.

— Ага, вот.

Мадам раскрыла книгу, достала оттуда несколько квадратов бумаги. Протянула мне.

— Что это?

— Вырезки из газет. Я внимательно тогда следила за новостями. И одна была страшней другой. Князь Тверской Корчевский убит — застрелили его. Князь Саранский Иванов тоже убит. Князь Евсеев убит. Таких смертей было достаточно, но тогда все списывали на передел власти.

— Я помню это, — кивнул отец. — Я в ту пору работал думным и это в самом деле было так — я имею ввиду передел власти. Клан Морозовых тогда сильно пробирался наверх, расчищал себе дорогу страшными методами, неугодных убирал, кого подкупал, кого в тюрьму сажал.