— Ты хочешь опробовать его на нас? — спросила Кори.

Аннализа захныкала и уткнулась в спинку стула. Люк не отвечал.

Молчание затянулось, солнце палило все сильнее, напряжение росло. Кори рассыпалась, распадалась на части и, не в силах больше выносить, завопила:

— Чего ждешь? Почему не положишь конец нашим страданиям?

— Кори, не надо, — зарыдала Аннализа.

Люк только вздохнул и покачал головой.

— Я не хочу вас убивать, — пробормотал он. Вдруг он вскинул голову и похотливо улыбнулся. — Хотите есть?

Аннализа испуганно повернулась к Кори.

— В полиции знают, что ты убивал проституток, — Кори стремилась вывести его из оцепенения.

Люк поморгал и посмотрел за горизонт.

Кори закрыла глаза и с горькой иронией подумала — надо же, проститутки сами выбрали Ти-ви-дабл-ю, желая найти защиту. А Люк еще брал интервью у Радклифа в день ареста Бобби Мак-Ивера.

— Кто такой Бобби Мак-Ивер? — строго спросила она.

Люк потянулся к пальме, провел пальцем по острым листьям.

— Мой единственный друг.

Жара, напряжение, постоянные перемены в его голосе, от всего этого у Кори кружилась голова.

— Для меня он сделает все, — продолжал Люк, — другие дети мучили его, издевались, я был добр с ним, и он мне предан.

— Он согласился взять твою вину на себя?

— Он скорее умрет, чем кому-нибудь проговорится.

— Но как ты мог ему позволить…

— А разве это имеет значение? И вообще что сейчас имеет значение? — Он глубоко вздохнул. — Итак, я привожу дела в порядок. Я должен убедиться, что, когда я уйду, о Сиобан позаботятся.

— О Боже, помоги нам! — простонала Аннализа, закрывая лицо руками.

— Кто такая Сиобан? — не отступалась Кори.

Люк снова заморгал, потом, казалось, застыл, взглянув на Аннализу.

— Вон она, лежит здесь, — ответил он.

— Но это не Сиобан, а Аннализа…

— Больше вы меня не обманете! — зарычал он. — Сиобан!

— Нет! — закричала Кори. — Люк! Это Аннализа. Ответь мне, кто такая Сиобан?

— Это его сестра, — зарыдала Аннализа. — Сиобан — его сестра.

Люк откинул голову назад, как если бы кто-то ударил его. Потом вдруг двинулся к Аннализе.

— Не трогай меня! — завизжала она, съежившись на стуле. — Не трогай меня!

Лицо Люка исказила зловещая ярость, когда он схватил ее за горло.

— Люк! Остановись! — кричала Кори, пытаясь освободиться.

Он резко повернулся.

— А кто ты такая — мне указывать? — зарычал он, вдавливая Аннализу в стул и наклоняясь к Кори. — Кто ты такая? С какой стати ты вообразила, будто имеешь право говорить мне, что делать?

Он прижал Кори к скамейке, она отвернулась от него и затряслась от страха.

— Не обижай Аннализу! — взмолилась она.

— Почему? Она моя, и я могу делать все, что захочу. Она моя. Ты меня слышишь? Ты не имеешь никакого отношения…

— Люк, остановись, пожалуйста! — заплакала Кори.

— Остановись, остановись! — с визгом передразнил он. — Слишком поздно, Кори. Слишком поздно… — И тут он вдруг убрал руки, задумчиво склонил голову набок, умиротворенная улыбка заиграла на его губах, когда мужчина снова повернулся к Аннализе.

— Ты что, не сказала ей? Нет? — спросил он. — Она не знает, кто…

— Заткнись! — прошипела Аннализа.