|
А ведь уверена. Ёшкин кот! Что же она натворила одной-единственной неудачной мессагой на ПДА? И ведь еще гордилась своей придумкой. Мышка почувствовала, что вот-вот разревется. — Кайман… ты чего молчишь? — жалобно спросила она. — Ты только не подумай, ну… Я вообще не это хотела… Сталкер молчал. Девушка набрала воздуха и выпалила, боясь передумать: — Я тебя люблю, Кайман. Вот. Это — главное. Прости, что я так… бестолково. Я… Плохо, конечно, что я не нашла Матвейку — зато встретила тебя. Кайман? Ну не молчи же ты, я сейчас с ума сойду! Кайман остановился, аккуратно перехватил рванувшуюся было Мышку и прижал к себе. Девушка подергалась немного и затихла. Прорвавшиеся слезы одна за другой катились у нее по щекам. — Не ори, Мышонок, — сказал сталкер, и девушка с облегчением поняла, что он улыбается. — Ты слишком быстро впадаешь в истерику. Мы, холоднокровные рептилии, реагируем медленно, зато осмысленно. Кайман развернул ее к себе, заглянул в лицо, покачал головой. — Истерика в Зоне! Ну конечно, чего еще можно ждать от женщины? — Чего угодно, — засмеялась Мышка сквозь слезы. — Ну скажи, рептилия, ты меня любишь? Кайман вздохнул. — Люблю, Мышонок. Ну вот, а теперь ты чего ревешь? — Так от радости же! — всхлипнула Мышка. — Тоже мне, радость, — хмыкнул Кайман. — Я старый злой крокодил, разочарованный в жизни, брюзга и циник, к тому же сторонник домостроя. Ладно, Мышонок, двинули в путь. До Когтей путь неблизкий. С полкилометра они прошагали молча. Затем Мышка не выдержала: — Кайман! А теперь ты мне скажешь, почему тебя нельзя называть крокодилом? Если ты сам себя так называешь? Сталкер смерил девушку мрачным взглядом. — Вот уж ты любопытная! Да ничего в этом особенного нет. Меня еще в школе дразнили Крокодилом, из-за имени. Был такой старинный мультик… — Знаю! — кивнула Мышка. — Крокодил Гена и Чебурашка. — Ну вот, и здесь меня тоже поначалу так прозвали. Когда я еще в отмычках ходил. А потом я заматерел и сменил имя, был Крокодил — стал Кайман. И фиг я теперь позволю кому-нибудь назвать меня кличкой из детского мультика! Все? Довольна? — А еще Крокодилом тебя называла она, да? — тихонько спросила Мышка. — Та женщина, которая тебе изменила? Сталкер коротко выругался. — Это что за сеанс психоанализа на ходу? — ядовито осведомился он. — Нет, ничего подобного. Она не звала меня Крокодилом, я не звал ее Чебурашкой, вопрос закрыт. И если тебя интересуют другие подробности моего прошлого — например, не спал ли я с Дианой из «Штей», — можешь оставить их при себе. Ответа не будет. — А ты спал с Дианой? — немедленно спросила Мышка. — Мне она не нравится! — Странно было бы, если б она тебе нравилась, — фыркнул Кайман. |
