Все еще опасаясь проблем, готовый в любой момент выхватить свой игольник и разрядить его в противника, дернул за руку. «Противник» не сопротивлялся, не делал вообще ничего ‒ просто безвольная кукла.

Я дотянулся до его руки, активировал сенсорный экран и включил режим диагностики. Точнее, мониторинг состояния здоровья астронавта.

Пульса нет, дыхания нет, сердечного ритма нет. Мертв. Я переключил экран и проверил запасы кислорода ‒ по нулям. Ну вот, похоже, он попросту задохнулся. М-да…ужасная смерть…и чего запасные картриджи с собой не взял? А хотя, как бы они ему помогли? Не умер бы раньше, подох бы сейчас, когда мы прилетели.

Я перехватился и потащил тело к шлюзу, свободной рукой цепляясь за скобы.

— Тащу тело в корабль, — сообщил я.

— Зачем? — удивился Крис.

— Хочу узнать, кто это.

— И что тебе это даст?

— Ну, мы ведь уверены, что это был «техник»?

— Да…

— Вот и узнаем, кто они такие.

— Черт, Нора! Ты слышала? — насмешливо поинтересовался у Норы Крис. — А Честер ведь не зря офицер — мы-то до подобного и не додумались!

Догадаться, что это издевка, не мог только полный идиот.

— Вы уже находили трупы «техников»?

— Мы их даже делали, — ответила Нора.

— И что?

— Сейчас сам убедишься, — ответила она, — ты уверен, что он мертв?

— Да! Жизненные показатели на нуле. Кислорода нет вообще. Он задохнулся.

— Ладно, тащи его к себе, но не тяни время. Нужно убираться отсюда как можно скорее.

— Понял, — откликнулся я.

Я разблокировал внешнюю дверь шлюза, влетел внутрь сам, втащил тело за собой. Затем отщелкнул трос от корабля Криса и Норы и он, будто строительная рулетка, за несколько секунд смотался в коробку у меня на поясе.

Когда внешняя дверь закрылась, а в шлюз начал поступать воздух, я шагнул к трупу, намереваясь вытащить его из скафа.

Шагнул и замер.

А что, если «техники» заражены? Что я знаю о тех тварях, что мне довелось видеть? Что, если «техники» — это лишь, так сказать, первая фаза? Люди скатываются с катушек, начинают убивать других, а затем…Нет, в этом нет смысла. Если они заражены паразитом (а именно это я и видел, судя по фото на планшете), ему как раз невыгодно убивать других потенциальных носителей. Наоборот, инфицированный должен быть максимально незаметным, неприметным, должен иметь возможность инфицировать других. Ведь так? Или я приплетаю сюжеты фантастических книг и фильмов, присваиваю тупому паразиту совершенно нелепые свойства?

Свои опасения я тут же высказал Крису и Норе.

— Успокойся, — сказал Крис, — «техники» точно не зараженные.

— Ты видел зараженных? — удивился я.

— На последних стадиях, — ответил он, — на первичной нет.

— Так может, «техники» на первичной?

— Нет, — уверенно ответил Крис, — «техники» ‒ обычные люди, и этих тварей тоже боятся, так что…

— Понял.

Я решился. Первым делом снял с покойника шлем.

Вот так вот. Передо мной был…азиат?

Черт, я слишком слабо в них разбираюсь, и если японца от китайца с горем пополам могу отличить, то вот, к примеру, вьетнамца от китайца уже вряд ли. Кто сейчас передо мной? Ну, явно не японец. У них в подавляющим большинстве эдакие плоские лица, характерный разрез глаз, который ни с каким другим не перепутаешь.