– Я приказываю тебе, Жиль, найти Чана Деррона.

– Но мы все ищем Деррона.

– Да. – Губы Джея Калама сжались. – Однако я боюсь, что ты не проявляешь полностью своих способностей. – Голос его зазвучал чуть громче. – Жиль, я, командир Легиона, приказываю тебе найти Деррона и женщину, которая была с ним. Любыми средствами. Ты будешь работать в одиночку, но можешь связываться со мной по ультракоротковолновой связи и просить любую помощь.

– Найти Василиска? – Жиль Хабибула побледнел и съежился. – Почему ты думаешь?..

– Пользуйся собственными методами, – сказал Джей Калам, – но тебе придется раскрыть многое из твоего туманного прошлого. Ты должен притвориться преступником. Что бы ты ни делал, ты должен узнать все. Определи местонахождение Василиска, его резиденции – найди мишень для Хранителя Мира. Поймай Деррона и андроида.

Жиль Хабибула облизал пухлые синие губы и сглотнул. Потное лицо стало зеленовато‑желтым. Судорожно вздохнув, он вытер лысину дрожащей рукой.

– Джей, – прохрипел он. – Что ты задумал? Разве мало сделал Жиль для Системы за все эти годы? Разве не отдал он ей свой драгоценный гений? За что ты бросаешь его в эту ужасную паутину?

Толстые пальцы, дрожа, впились в руку Джея Калама.

– Во имя жизни, Джей, отмени свой жестокий приказ, Джей, может быть, бедного старого Жиля похитят сию же минуту, а найдут в черном склепе Клиники Эфтаназии, с ножом Василиска в бедной мертвой спине.

– Вспомни о Хранителе Мира, – хмуро произнес Джей Калам.

Жиль Хабибула всхлипнул.

– Ради Хранителя, – печально произнес он. – Ради нее я пойду на это, Джей.

Затем командир Легиона напрягся, и его длинное вытянутое лицо слегка побледнело.

Кррр! Кррр! Кррр!

Тихий звук, необычайно настойчивый, доносился из коммуникатора, висевшего на цепочке у него на шее. Командор вытащил из‑под своего штатского одеяния маленький черный диск.

– Экстренный вызов, – сказал он Жилю Хабибуле. Жиль Хабибула внимательно следил за тем, как

Джей Калам крутит верньер, шепчет кодовый пароль и подносит устройство к уху. Как ни напрягал слух старый легионер, он ничего не услышал.

И хмурое сосредоточенное выражение не покидало лица Джея Калама. Однако жесткая, напряженная поза выдавала многое.

– Что, Джей, плохие новости? – прошептал Жиль Хабибула, когда командор отпустил диск. Джей Калам медленно кивнул.

– Я говорил с одним из офицеров кометарной экспедиции на Контр‑Сатурне, – тихо произнес он. – Экспедицию ограбили, Жиль. Исчезли все наши материалы, образцы.

– Вот как, Джей! – заморгал Жиль Хабибула. – Секреты кометчиков? Все наиболее ценные и наиболее опасные записи?

– Да, все это исчезло, Жиль. Оружие и приборы, с помощью которых мы намеревались охранять границы нашей цивилизации, – все исчезло.

– Неужели это Василиск?

– На столе Боба Стара найдена глиняная змейка. Стол Боба Стара стоял в одном из бункеров. Кстати, ни один из замков бункера не поврежден. Как обычно, там осталась улика. На стол упала желтая контрамарка с Новой Луны, датированная вчерашним днем, и на ней имя доктора Чарльза Даррела.

– Даррел! – прохрипел Жиль Хабибула. – Но, Джей, не прошло и шести часов с того момента, когда я вытащил эту контрамарку из кармана Чана Деррона, а до Контр‑Сатурна на самом быстром крейсере три дня пути.

– Это лучшее доказательство тому, – мрачно сказал Джей Калам, – что Василиск – это Чан Деррон.