— Все, хватит, а то я завтра не встану, — решительно заявила я, остановившись. — И ты тоже.

— Да, Жень, поедем, — поддержал Ярослав. — Уже не обедать, уже ужинать пора, а нам еще за продуктами заезжать.

— Бросьте, завтра схожу, — отмахнулась я.

— Но я же обещал, — серьезно сказал он. — М-м-м… давайте пойдем на компромисс: завезем Женьку к вам, а сами съездим на рынок или в тот же гипермаркет, наберем провианта на неделю, чтобы вам в руках не таскать. Ну и нам с ним тоже, загрузим багажник, дел-то…

— Давайте, — согласилась я. — Так всем будет удобнее. А тетя Люся его пока переоденет — он мокрый весь. Ну и накормит, мы-то и так можем чего-нибудь на ходу перехватить. А у нее, напоминаю, холодец!

— Нет уж, лучше какая-нибудь отрава из фуд-корта, — содрогнулся Ярослав. — Кстати, в том гипере продаются потрясающие мини-багеты с сыром, чесноком и прочим. Горячие. И кофе неплохой.

— Не травите душу, — облизнулась я. — Что-что, а поесть я люблю…

— По вам и не скажешь, — провокационно ответил он.

— Как говорил дед — не в коня корм. И он, и отец — ростом повыше вас были, только значительно шире, и поесть не отказывались. Братья тоже, старший вон ворчит, что ему машина жмет. А я в мать пошла, та тоже маленькая и худая.

— Пап, а ты мне мороженого купишь? — подал голос Женька.

— Куплю, — ответил тот. — Тебе какого?

— С шоколадом, — радостно заявил тот. — И мятного! И лимонного!

— Ты не слипнешься? — покосилась я назад.

— А я всякого понемножку, — резонно сказал Женька, я не удержалась и захихикала. — Я же не вместо обеда, а для вкуса! И вообще, пока вы приедете, тетя Люся меня уже наобедает…

Я вынуждена была признать, что в логике ему не откажешь.

Мы сдали Женьку маме, получили список необходимого (узнав, что мы в гипермаркет да на машине, она живо исписала пару листов мелким почерком и выдала мне наличность ради соблюдения конспирации) и отправились на ответственную миссию.

Могу сказать одно: терпение у Ярослава адское. Или ангельское. Я сама чуть не чокнулась, выискивая в громадном торговом центре то, что неожиданно потребовалось маме, ругалась под нос, периодически извинялась перед Ярославом за свою нерасторопность, а он только мотал головой, вез перегруженную тележку и думал о чем-то своем. Вполне вероятно, что о работе.

— Вроде все, — выдохнула я, когда мы заряжались третьей порцией кофе и действительно потрясающе вкусным горячим багетом с начинкой. Меня даже не волновал чесночный дух, не целоваться же нам. — Эти торговые центры — просто чума. Вроде придешь за чем-то определенным, а по пути непременно наткнешься на что-то нужное, и еще, и еще…

— Да-да, эти две герани вам были жизненно необходимы, — невозмутимо ответил Ярослав.

— У меня к ним слабость, а таких расцветок еще нет! В руках не потащишь, тяжело, а такси брать — дорого…

— Ну ладно, ладно, я же не в упрек вам, — засмеялся он. — Я знаю, что у женщин чувство хапа неуправляемо. И хорошо еще, что вас в какой-нибудь обувной или шмоточный не занесло, этого я мог бы и не пережить. А так — забежали, схватили два горшка с цветами, зажмурились, сказали «все, хватит!» и убежали на кассу. Вот это я понимаю, вот это сила воли!

— Издеваетесь, — протянула я, любуясь королевскими геранями.