– Мамочка, мы еще не приехали? – послышался с заднего сиденья голос Джоуи.

– Почти приехали, дорогой, – ответила Джинни.

В глубине души она надеялась, что Джон Митчелл поможет ей с операцией прежде, чем придется искать мотель для ночлега. Больше всего на свете Джинни хотелось забраться в постель, натянуть на голову одеяло и заснуть до утра.

Флорида славилась послеполуденными грозами, но, похоже, Техас превзошел ее: грозы бушевали третий день подряд.

– Мы увидим лошадей? – спросил Джоуи.

– Не знаю. Боюсь, из-за дождя они в конюшне.

По обеим сторонам дороги паслись в полях стада коров.

– А где коровы? – упорствовал он.

– Посмотри в окно, их там не счесть.

Огромное стадо растянулось на несколько акров. Быки, стоически повернувшись спинами к ветру, спокойно пощипывали траву под проливным дождем.

Подъезд к дому, мощеный и прямой, как стрела, был похож на городскую дорогу с двусторонним движением. Одолев небольшой подъем, Джинни увидела впереди огромный белый двухэтажный дом с колоннами – немного безвкусный, но вполне подходящий для семейства, которое может пожертвовать миллион долларов на благотворительность.

Позади дома виднелись хозяйственные постройки: две большие конюшни, амбар, сараи. Небольшое кирпичное здание слева от дома напомнило ей контору – приземистое, с высокими окнами, как у многих страховых компаний во Флориде.

«Вот это да!» – подумала Джинни. Она сбавила скорость и огляделась. Хвастливые рассказы Джона Митчелла, которые казались ей выдумкой загулявшего студента, вовсе не были преувеличением.

Внезапно ее охватило сомнение.

Может, стоило оставить Джоуи у Мэгги, ее подруги, и приехать одной? У нее промелькнула ужасная мысль. А если Джон Митчелл потребует права на посещение своего сына? Или даже опеку? В статье говорилось, что его жена и ребенок погибли в ужасной автокатастрофе. Возможно, он захочет, чтобы рядом с ним был сын.

Напрасно она затеяла эту поездку. Ей пришлось взять деньги из сбережений, но она подумала, что возместит расход, если ей удастся заставить отца Джоуи заплатить. Да и повернуть назад, не повидав его, было уже невозможно. Ведь он так близко. И ему нужно увидеть своего сына. Она надеялась, что ему понравится Джоуи.

– Почему мы не едем, мамочка? Я вижу дом. Там горит свет, а сейчас еще день.

– Это из-за дождя, милый.

Несмотря на дневное время, из-за непогоды было так темно, что ей пришлось включить фары. Свет, струившийся из окон, создавал иллюзию гостеприимства. Джинни медленно подъехала к дому.

Остановившись у парадной двери, она заглушила двигатель и потянулась назад, чтобы расстегнуть на Джоуи ремень безопасности.

– Перелезай ко мне, сейчас пойдем, – сказала она.

Кашляя, Джинни ждала, пока он переберется через спинку сиденья. Ей было плохо. Оставалось только надеяться, что встреча пройдет без осложнений.

– Мы пойдем очень быстро, чтобы не промокнуть, хорошо? – сказала она, распахнула дверцу, и они поспешно направились к дому.

– Вот здорово! – Джоуи шлепал по лужам.

«Да, здорово», – подумала Джинни. Они будут выглядеть, как мокрые курицы.

Дрожа на ветру, она позвонила. Плечи и волосы намокли, а порывы ветра вызывали у нее лихорадочный озноб.

Дверь открылась, и они увидели пожилую мексиканку, одетую в платье в складку, – поверх которого красовался большой фартук. Черные с проседью волосы были убраны в аккуратный пучок.

– Что вам угодно? – Она доброжелательно и с некоторым любопытством смотрела на них.