— Сколько нам лететь до Древа? — спросил он.

— Карта не показывает реального расстояния, — ответил, обернувшись через плечо, Йорик. — Я думаю, около полумиллиона взмахов крыльев.

Полмиллиона взмахов. Это две ночи полета или меньше, если они не будут останавливаться для сна и отдыха.

— Можно ли живому войти в Древо? — спросил он Яву.

— Не знаю, — ответила она извиняющимся тоном. — Вряд ли Фрида стала бы говорить об этом среди мертвых. Она сказала, что Ноктюрна создала Древо для всех летучих мышей и оно отправит нас в то место, куда нам больше всего нужно попасть.

«Если бы Фрида сейчас была здесь», — подумал Шейд. Она бы рассказала ему, является ли Древо спасением для Гриффина и для него или предназначено только для мертвых. Оно отправляет вас туда, куда вам больше всего нужно попасть. Ладно, если таким местом для них является дом и если трещину в небе закроют, Древо останется их единственной надеждой. В душе он сомневался, что Древо действительно существует. Что если это всего лишь очередная легенда, порожденная мертвыми, лишенными всякой надежды на жизнь?

— Ты уверена насчет вампиров? — шепотом спросил он Яву. — Ну, про то, что они тоже могут войти в Древо?

— Ты, видимо, считаешь это несправедливым? — поинтересовался Мрак, и Шейд, обернувшись, с удивлением увидел, что каннибал летит рядом с ним. — Ты считаешь, что мы, злые хищники, должны остаться здесь навеки и только вы, безобидные малыши, заслужили право попасть в новый мир?

— Верно, — ответил летящий впереди Немо.

— Мы тоже творения Ноктюрны, — сухо сказал Мрак. — Она создала нас такими, какие мы есть. Вот почему Древо и для нас тоже.

— Как это удобно! — воскликнул Шейд. Да, несправедливо. Почему эти плотоядные дьяволы должны иметь возможность попасть в чистый и совершенный мир? Особенно когда их бог мечтает только о том, чтобы пожрать всех живых и создать на земле Царство вечной ночи.

— Разве ты не изменяешь Зотцу своим бегством? — холодно спросил Шейд. — Почему ты хочешь покинуть мир своего бога?

Некоторое время Мрак молчал, и Шейд почувствовал некоторое разочарование оттого, что обсуждение, похоже, закончилось. Странно, но ему было интересно, что тот ответит. Нечасто удается побеседовать с вампиром.

— Здесь, внизу, вроде бы жизнь, только поддельная, — наконец задумчиво произнес Мрак. — Мы только притворяемся, что живем: не нуждаемся ни в пище, ни во сне, не видим снов. Мы проводим время, подражая жизни наверху. Я чувствую, что должно быть что-то большее, чем это.

— Да, — с воодушевлением сказала Ява. — У меня такое же чувство. В следующем мире я хочу не повторения прежней жизни, а чего-то совсем другого.

— Хорошо тебе, — проворчал Йорик. — Ты прожила долгую жизнь. А я, будучи совсем молодым, врезался в дерево во время бури. А мог бы прожить еще лет двадцать.

— По крайней мере тебя никто не съел, — пробормотал Немо, мрачно поглядев на каннибала.

— Я не собираюсь просить прощения за весь мой род, — сказал Мрак. — Сомневаюсь, чтобы ты горевал о рыбах, которых ел. — Он взглянул на Шейда. — И ты вряд ли сожалеешь о насекомых, которыми питался.

— Я ем фрукты, — сказала Ява. — Этим никому не повредишь.

— Мы не выбираем наши склонности, — продолжал Мрак.