Гриффин улыбнулся, желая почувствовать ту же уверенность.

— Странно, — сказал он. — Вампир смотрел прямо на меня. Не на тебя. Как будто охотился именно за мной. Будто заранее знал, где я.

— По-моему, у тебя просто воображение разыгралось.

— Неужели? Давай посмотрим. Мы в стране мертвых, внезапно местность изменяется, кактус начинает опутывать тебя, как кокон гусеницу, а каннибал пытается меня съесть. Да, пожалуй, действительно воображение разыгралось!

— Как он мог искать тебя? — возразила Луна. — Глупость какая!

— Мое свечение! Он как-то узнал, что я живой! — Гриффин настороженно огляделся вокруг, чувствуя себя гигантским светлячком, сияющей приманкой для каждого хищника в Подземном Царстве. — Что если он гонится за мной? Нам не удастся еще раз победить его, Луна. Теперь мы даже не сможем спать!

— Я не сплю, — напомнила Луна.

— Ну, а я-то сплю. Как я смогу спать? Я имею в виду, где теперь найти безопасное место? Если я не буду отдыхать, я быстро устану и ослабею. А если я ослабею, как я доберусь…

— Грифф, все нормально, — решительно сказала Луна. — Ты сможешь отдыхать. Ты сможешь спать. Я буду караулить.

— Если что-то начнет двигаться или светиться…

— В следующий раз я буду внимательнее. Обещаю. Эй, а как получилось, что те побеги даже не пытались опутать тебя?

Гриффин нахмурился. Об этом он не подумал.

— Не знаю. Однако здесь все меня тревожит.

— Надо лететь быстрее, только и всего.

— Ладно. Спасибо.

Он заставил себя успокоиться. Как хорошо, что Луна рядом.

— Ты уверена, что курс правильный? — спросил он вдруг. Однообразная растрескавшаяся равнина простиралась во все стороны — ничто не вызывало в его памяти карту Фриды.

— По-моему, да, — ответила Луна.

— Точно?

Она внезапно вздрогнула, взглянув на страшные рубцы на своих крыльях.

— Я посмотрела, как сумела, — резко сказала она. — Не похоже, что ты собирался сделать это сам.

— Извини. — Спустя минуту он спросил: — Тебе больно?

— Похоже, лучше не станет. — Ее мордочка исказилась от боли, и крыльями она взмахивала не так мерно и сильно, как раньше.

Устыдившись, Гриффин больше не проронил ни слова. Но все равно не перестал беспокоиться, правильно ли они летят. К тому же он злился на себя. Нужно было взять курс до того, как он заснул; почему только он не сделал этого?

Молча они летели вперед.

— Там что-то меняется, — сказала Луна.

Гриффин тоже это заметил. Около самого горизонта однообразная равнина заканчивалась изрезанной береговой линией. За ней, мягко волнуясь и блестя в звездном свете, простиралось море. При одном только взгляде на него Гриффин воспрянул духом, хотя и не помнил ничего похожего на карте Фриды. Море переливалось и образовывало холмы, которые набегали друг на друга, прежде чем исчезнуть. Это было удивительно красиво. Но…

— Это не вода, — сказал Гриффин упавшим голосом.

То, что он принял за воду, оказалось океаном тусклого бледного песка, который двигался, словно волны. Песчаные гребни поднимались над поверхностью, замирали на несколько секунд, а потом с шумом осыпались. Все это передвижение, вспучивание и вращение заставляло вращаться воздух, и они продвигались вперед, качаясь в его верхних слоях, таких плотных, что казалось, будто они в самом деле плывут по воде. Гриффин старался не смотреть вниз; один вид волноподобного песка вызывал у него головокружение.