— Когда ты найдешь своего сына, — спросила Ява, — как вы вернетесь домой?

Шейд оглядел каменный небосвод Подземного Царства, с трудом осмеливаясь поверить в такой хороший исход дела. Во время полета он беспокойно смотрел вверх, надеясь, что его созвездие появится над горизонтом. И вот оно появилось. Выход. Пройдет несколько часов, и если все пойдет хорошо, он полетит к нему вместе с Гриффином. Подняться наверх и выбраться наружу будет нелегко, но он поможет сыну. Они вместе выберутся отсюда и вернутся в Древесный Приют, прежде чем трещину закроют.

— Через ту же трещину, через которую мы оба попали сюда, — ответил Шейд. — Я знаю, где она… — Он вздрогнул. Он совсем забылся. Только глупец может говорить здесь о Верхнем Мире и о том, как вернуться туда. С беспокойством он взглянул на Мрака, надеясь, что вампир ничего не слышал.

Мрак смотрел прямо на них.

— Я уже знаю, — сказал он. — Я не в первый раз вижу свечение вокруг живых. Не беспокойся: я не буду пытаться следовать за тобой в Верхний Мир. — Вампир посмотрел на Йорика, Яву и Немо. — И если вы это задумали, я могу избавить вас от трудов и разочарований. Это невозможно.

— Откуда ты знаешь? — спросил Шейд.

— Потому что я пытался. Очень давно. Я нашел трещину в небосводе и стал карабкаться вверх. Сколько времени это продолжалось, я не могу сказать. Казалось, это длится вечность — сражение с воющим ветром и тяга Подземного Царства. Но я достиг поверхности. Я вылез наружу и взлетел.

У Шейда от волнения шерсть встала дыбом.

— И что?

— Я исчез, — закончил Мрак. — В мире живых я стал всего лишь эхом, маленьким облачком пара, и не мог вылететь из трещины, справиться с ее притяжением. Как будто у меня не было тела. На мгновение я увидел мир — он сиял точно таким же светом, который окружает тебя, сереброкрыл, — а потом я взорвался. Меня всосало в трещину и потянуло вниз, в Подземное Царство. И тогда я снова обрел форму. Наши мертвые тела не могут существовать в Верхнем Мире. Избавьте себя от муки видеть его только на мгновение.

Шейд ничего не сказал, вспомнив о шипящей трещине около Каменной Крепости. Он представил себе, как Мрак ползет к ее краю, отчаянно стараясь вернуться на поверхность земли. Этот образ внушал жалость, но все-таки Шейд почувствовал облегчение при мысли, что мертвым вампирам не дано вернуться в Верхний Мир. Конечно, если Мрак говорит правду.

Шейд повернулся к Яве. Казалось несправедливым после того, как они помогли ему, покинуть их в этом трудном и опасном путешествии через все Подземное Царство к Древу, которое, может, существует, а может, и нет.

— Простите меня, — сказал он.

— Не надо, — улыбнулась Ява. — Нам будет грустно видеть, как ты уходишь. Но ты не жалей нас. У нас ведь есть Древо.

Шейд кивнул и на минутку отлетел в сторону, чтобы снова проверить след Гриффина.

Все было по-прежнему, и он уже почти открыл глаза, когда снова увидел эхо-изображение Гота: изображение недавнее и четкое. Гот следовал тем же курсом, что и Гриффин.

Облако сияющего тумана окутывало вход в пещеру, и разглядеть, что происходит внутри, было невозможно.

— Луна, прошу тебя, не делай этого, — попросил Гриффин.

— Только на минуточку, Грифф.

Что-то в этих словах встревожило его еще больше.

— У меня плохое предчувствие, — сказал он ей. — Получается как-то слишком просто. Фрида говорила, что надо не отвлекаться и лететь дальше. Посмотри на этот вход. Пещера может захлопнуться, как челюсти. Ее может засыпать песком и нас вместе с ней.