— Здесь две рунные цепочки, — Альфред показал пальцем. — Разумеется, ты это видишь.

Да, Эпло видел это и понял, что именно эта странность его и поразила с самого начала.

— Две рунные цепочки, — продолжал Альфред, разговаривая скорее сам с собой, чем с Эпло. — Одна из них появилась позже… много позже, сказал бы я… и она начертана на более старой.

Сартан наморщил высокий выпуклый лоб, седые брови сошлись над переносицей в раздумье.

Пес пролаял один раз, явно о чем-то предупреждая.

— Можешь ты открыть эту проклятую дверь? — повторил Эпло, сжав зубы и стиснув кулаки, пытаясь совладать с собой.

Альфред рассеянно кивнул.

— Так сделай же это. — очень тихо проговорил Эпло, хотя ему хотелось заорать во всю мощь легких.

Альфред обернулся к патрину с чрезвычайно несчастным видом:

— Я не уверен, что должен это делать.

— Ты не уверен, что должен?.. — Эпло потрясенно уставился на него. — Почему? Что, на этой двери написано что-то настолько потрясающее? Еще какие-нибудь охранные руны?

— Нет, — признался Альфред, нервно сглотнув слюну. — Руны… руны святости. Это место священное, благословенное место. Разве ты этого не чувствуешь?

— Нет! — резко ответил Эпло — и солгал. — Я чувствую только, что Клейтус наступает нам на пятки! Открой проклятую дверь!

— Святое… благословенное. Вы правы, — прошептал Джонатан. В голосе его звучали почтение и страх. Его лицо обрело более естественный цвет, он огляделся по сторонам в изумлении. — Интересно, что здесь было? Почему никто не знал, что тут, внизу, есть подобное место?

— Знаки очень древние, почти что времен Разделения. Охранные руны, должно быть, не впускали сюда никого, и за века люди забыли о том, что подобное место существует.

Охранные руны были начертаны над дверью для того, чтобы никого не пускать внутрь… Мысль эта чрезвычайно не понравилась Эпло, и он попытался прогнать ее.

Пес снова гавкнул, развернулся, бросился к своему хозяину и замер у его ног, напрягшись, тяжело дыша.

— Клейтус идет. Открой дверь, — повторил Эпло. — Или стой здесь и жди смерти.

Альфред испуганно оглянулся, с неменьшим страхом посмотрел на дверь перед собой. Со вздохом он коснулся руками камня, пробежал пальцами по рунной вязи, тихо напевая руны. Под его пальцами камень начал таять, и внезапно, стремительно в стене открылся проход — арка, по которой бежала вязь голубых путеводных рун.

— Отойди! — приказал Эпло. Он прижался к стене, вглядываясь во тьму за дверью, готовясь к тому, что перед ним появится чудовище с острыми когтями, смертоносными клыками или еще чем похуже.

Но за дверью ничего такого не было — только пыль. Пес принюхался и чихнул.

Эпло выпрямился и скользнул сквозь дверной проем во тьму. Он почти надеялся на то, что кто-нибудь бросится на него, кто-то из плоти и крови, с кем он мог бы сразиться.

Его нога наткнулась на что-то. Он осторожно толкнул этот предмет, и тот покатился по полу со стуком.

— Мне нужен свет! — бросил патрин через плечо Альфреду и Джонатану, которые все еще стояли в дверях.

Альфред поспешил вперед — ему пришлось пригнуться, чтобы пройти под аркой Его руки снова взлетели в воздух, запорхали, чертя руны; он запел их (Эпло ощутил, как от этого пения у него начинают ныть зубы). Из покрытого рунами шара, висевшего под высоким куполом свода, полился мягкий белый свет.

Прямо под сферой-светильником стоял длинный стол, выточенный из светлого, почти белого дерева, — стол, который явно был сделан не в этом мире.