— Разумеется, вы… да прекрати же! Славный песик… Иди… иди же, славный песик. — Альфред пытался отпихнуть пса, однако же тот явно решил, что Альфред с ним играет, и с удовольствием вступил в возню. — Сядь! Сядь!.. Хороший песик, хороший… Нет, пожалуйста… Уходи! Я…

— Ты прав, некромант, — спокойно вмешался Эпло. — Эти менши — слабаки. Я кое-что знаю о них: они не могли бы выжить в таком мире, как этот, — и кое-кто должен был бы подумать об этом прежде, чем тащить их сюда. Похоже, вам тут неплохо жилось. Что произошло?

Балтазар сдвинул брови, его голос прозвучал мрачно:

— Бедствие. Оно не сразу обрушилось на нас. Все происходило постепенно, и, думается мне, от этого было только хуже. Началось все с мелочей. Нам по непонятным таинственным причинам перестало хватать воды. Воздух стал холоднее и грязнее, в атмосферу начали проникать ядовитые газы. Нам приходилось все более использовать магию, чтобы защитить себя от яда, чтобы добыть воду и вырастить урожай. Маленький Народец — гномы, как вы их называете — начал вымирать. Мы ничего не могли сделать для них, не подвергаясь опасности.

— Но ваша магия… — начал было Альфред, которому наконец удалось уговорить пса сидеть тихо.

— Разве вы не слышали? Наша магия нужна была нам самим! Мы были самыми сильными, самыми лучшими, мы обязаны были выжить. Мы сделали все, что могли, для… для этих гномов, но в конце концов они все умерли, как до них все прочие менши в этом мире. А потом для нас стало еще более важным воскрешать наших мертвых и сохранять их.

Эпло кивнул, не в силах скрыть своего одобрения:

— Рабочая сила, которой не нужен отдых, не нужны еда и питье, которой безразличны холод и жар, которым нипочем любые тяготы… Совершенный раб, совершенный солдат!

— Да, — согласился Балтазар, — без наших мертвых мы, живые, не справились бы.

— Но неужели вы не понимаете, что сделали? — отчаянно, с искренней болью вскрикнул Альфред. — Неужели вы не понимаете…

— Пес! — приказал Эпло.

Пес снова вскочил на ноги, высунув язык и виляя хвостом.

Альфред вскинул руки, заслоняя лицо, бросил испуганный взгляд на Эпло и умолк.

— Конечно, мы понимаем, — коротко ответил некромант. — Мы вновь овладели тем искусством, которое, судя по древним записям, утратил наш народ.

— Не утратил. Нет, не утратил, — с глубочайшей печалью проговорил Альфред, но так тихо, что Эпло услышал его только благодаря острому слуху пса.

— Разумеется, вы не должны думать, что мы не пытались понять причины происходящего, — добавил Эдмунд. — Мы старались разобраться и наконец пришли к выводу, что колоссы, прежде дававшие нам тепло и свет, более не способны были делать этого. Когда-то свет, тепло и свежий воздух поступали к нам по колоссам. Теперь же мы были лишены всего этого…

— Жителями этого города? — Эпло махнул рукой в сторону домов. — Вы ведь об этом думали, верно?

Он едва выслушал ответ. Эта тема его не интересовала. Он предпочел бы поговорить еще о некромантии, но не хотел выдавать своей заинтересованности в этом вопросе ни этим подземным жителям, ни Альфреду. А потому решил выжидать.

— Это было случайностью. Жители Некрополиса не могли знать, что причиняют нам вред, — убежденно говорил Эдмунд, поглядывая на некроманта. Балтазар нахмурился и помрачнел; Эпло понял, что это давний спор между некромантом и принцем.