Они задремали, а когда проснулись, солнце уже садилось и его жгучие, косые лучи падали теперь под навес. Бен зашевелился, потянулся, потом перекатился на колени и оделся.

Она ждала какой-нибудь типичной для него вызывающей нахальной шуточки, но выражение его лица оставалось сумрачным.

Сильным, легким движением он поднял ее на ноги и на минуту задержал в объятиях, прильнув щекой к ее макушке. Затем крепко поцеловал:

— Давай-ка оденем тебя, вдруг кто-нибудь проедет мимо.

— Да мы не видели никого с тех пор, как проплыли мимо той хижины. И за весь день не встретили ни одной лодки.

Теперь наконец она увидела знакомую ухмылку.

— По-моему, тебе не чужд эксгибиционизм. Ты лихо разгуливала голая перед яномами.

Она расхохоталась:

— Это была твоя идея.

— Да, но я думал, ты останешься хотя бы в майке.

— Ее тоже надо было постирать.

Во время их шутливой перепалки она оделась.

Они почувствовали, что голодны, и Джиллиан разогрела рыбные консервы. Они быстро утолили голод, потому что за эти дни привыкли есть мало. Наверное, полного ресторанного обеда их желудки сейчас бы не выдержали. Придется заново привыкать к цивилизации.

Бен включил двигатель, оттолкнул лодку от берега и, осторожно развернувшись, начал выбираться из бухточки на стрежень. Он увидел, как по течению идет еще чья-то лодка, и уменьшил скорость, чтобы дать ей пройти вперед.

Джиллиан смотрела на приближающуюся лодку, заслонив глаза руками от солнца.

— Эта лодка похожа на нашу, — сказала она. — Да, да, на нашу вторую лодку. — Затем прищурилась, всматриваясь в рулевого. — Это Дутра! — ахнула она с ужасом, сама не веря в свои слова.

Бен резко нажал на рычаг, давая полный ход, и лодка рванулась вперед. В то же самое время Дутра, должно быть, понял, что наконец настиг их, и тоже включил мотор на полную мощность.

— Ложись! — машинально рявкнул Бен. — И дай мне пистолет!

Проклятие! Бен почти никогда не расставался с пистолетом, а сейчас, в самый нужный момент, его не было под рукой. Он подумал, что хорошо бы иметь ружье.

Дутра выстрелил, но расстояние было достаточно большим, и пуля просвистела где-то сверху.

Джиллиан подползла на четвереньках, стараясь не высовываться над бортом лодки, и вложила пистолет в протянутую руку Бена.

— Ползи назад. Он будет целиться в меня, потому что больше никого не видит.

— Так пригнись, идиот, — прошипела она, дергая его за брюки.

Лодки быстро сближались. Бен резко крутанул руль вправо, надеясь сберечь несколько драгоценных секунд. Только бы им сейчас не налететь на мель. Джиллиан не удержалась и покатилась по палубе. Дутра снова выстрелил, и на этот раз пуля попала в деревянное ограждение.

Бен прицелился и выстрелил, но Дутра отпрянул в сторону. Бен прицелился точнее и выстрелил снова. Если он попадет, это будет чистым везением, подумал он, потому что и его мишень, и площадка, с которой он стрелял, прыгали по воде, как кони на родео.

Джиллиан с трудом поднялась на колени. Две пули пронзили деревянный борт лодки, и она бросилась ничком на палубу.

В тишине выстрелы раздавались как щелчки. Запахло порохом.

Их вынесло на стрежень всего в двадцати ярдах перед Дутрой. Бен опустился на одно колено и повернулся лицом к корме, на которой, кроме туалета, занимавшего не больше места, чем телефонная будка, ничего не было. Дутра был прямо за ними, его лодка шла настолько близко, что находилась в мертвой зоне от их винта, и быстро скользила по этой спокойной воде. Бен снова выстрелил и попал в штурвал, но Дутра опять увернулся.

Бен поглядел вперед как раз вовремя, чтобы не налететь на большое бревно.