— Соломон, не посылай больше туда людей. — попросила она царя, останавливая бессмысленную трату среди солдат. — Это вход в преисподнюю. Вот что это такое. Это Тартар, о котором говорят легенды. Это Аид, это царство смерти.

— Я думал, это пещера Древних.

— Да, это так. Здесь они держали что-то своё, а для людей здесь место смерти. Ты можешь загнать туда целую армию, и ни один не выйдет отсюда. То, что было здесь, ушло.

Он снова посмотрел на останки солдата — на ногах нарос такой слой инея, что теперь в этих двух белых предметах едва узнавались человеческие ступни. Видимо, холод, в который попал несчастный, был близок к космическому абсолютному нулю.

Оставив Соломона размышлять над останками, она прошлась до конца пещеры. Всё было так, как в Антарктиде: коридор кончался тупиковой стеной. Ей очень хотелось крикнуть, как сделали Валентай и Фальконе: Рааа! Может, тогда от столбов распространится медленный голубой свет и откроется вход в пещеру Джамуэнтх. Но едва ли её горло повторит те полнозвучные переливы глубокого вибрато, которые свойственны языку додонов. Да, это след их присутствия. Больше здесь делать было нечего.

— Я убеждён: это Древние. — возбуждённо говорил ей Соломон, когда отряд за исключением одного солдата возвращался обратно ко дворцу. — Да! Есть смысл искать Джублаит! Маргит, завтра же мы направляемся на Окаванго, пополняем золотой запас и собираем экспедицию в Северную Африку. Свитки не солгали, хотя и неверно описали то, что здесь было!

— А, может, и не так уж неверно. — подхватила Маргит его настроение. — Оно здесь было, просто потом его вытащили и перепрятали. Кто знает, может, эта вещь давала исполнение желаний. Если бы мы нашли её, я пожелала бы отправиться с тобой по обитаемым мирам Вселенной.

Он восхищённо оглянулся на неё. Да, женщина, которую он любит, уникальна!

* * *

Среди ночи её снова разбудил какой-то тихий голос. Маргит приподняла голову и прислушалась. Соломон опять встретился с ангелом? И тут поняла, что он рядом — спит, нежно обнимая её. И всё же голос тихо звал — он произносил одно слово. Всего одно слово: Маргарет, Маргарет, Маргарет…

Это же её имя, от которого она отреклась, чтобы стать царицей Савской навсегда! Кто может звать её?! Неужели снова ангел?!

Маргит тихо выскользнула из-под руки царя и глянула в окно. Нынче ночью было тепло, так что даже жаровни не разжигали. Даже окна оставили открытыми. Теперь с восточной стороны высвечивалась над тёмными горами светлая полоса. Скоро рассветёт.

Голос продолжал звать, затихал на минуту и снова произносил: Маргарет, Маргарет… Царь спал, ничего не слыша.

Обеспокоенная царица надела лёгкие туфли и бесшумно направилась в сторону лестницы, ведущей на балкон. Звук терялся — значит, он реален! Ей это не почудилось! Тогда Маргит двинула в сторону алькова, и поняла, что идёт верно — голос стал звучать отчётливее.

Войдя в полутёмный альков, она стала оглядываться и тихо позвала:

— Кто тут?

— Маргарет, это я!

— Кто ты?! — перепугалась она, заподозрив, что слышит голос Айрона. Он отыскал её! Ей стало страшно: неужели настал момент объяснения? Что она ему скажет? Что будет, если он сейчас переместится сюда и обнаружит её вместе с любовником. Да ещё с каким — с Соломоном!

Тут до неё дошло, что Айрон потому и зовёт её, что не может переместиться, не попалив всё вокруг.

— Я слышу тебя! — ответила она в темноту.

— Маргарет, это я, Берайя!

— Берайя?!!!

— Да, это я.

— Где ты, Берайя? Как говоришь со мной? Ты же в Иерусалиме!

— Маргарет, это обман.