«Оппа, ты там заканчивать часом не собираешься? Так глубоко в себя ушёл, что я за тебя беспокоюсь. Чем ты там занят?»

«А ты не можешь понять?» — усмехнулся я.

«Ха, когда ты в глубокой медитации, я улавливаю лишь поверхностные твои мыслишки. И конкретно сейчас ты думаешь о какой-то мутной, мало кому нужной ерунде. Хорошо хоть параллельно с этим энергию распределил. Я чувствую, что твой огонь стал мощнее. Поздравляю с этим».

«Спасибо».

«Значит, ты закончил бездельничать и думать о мироздании? Сам же понимаешь — дело это бесполезное, от твоих дум мирозданию ни горячо, ни холодно».

«Закончил», — усмехнулся я, медленно выходя из медитации.

«Вот и здорово. Тебе сейчас предстоит думать о куда более важных вещах, нежели вся эта сложная мура».

«О чём же?» — я уже откровенно веселился.

«О размножении, оппа. Самка номер два сюда бежит».

Одним рывком я поднялся на ноги и огляделся по сторонам. Да уж, здорово мы изменили рельеф — местами появились огромные кратеры, а кустарников и зелени в округе совсем не осталось. После нашего боя здесь лишь выжженная пустыня с поплавившимся песком.

Хорошо хоть Фая убрала огонь и частично впитала в себя жар, тем самым снизив окружающую температуру. Но даже при этом, спешащим к нам людям, чтобы здесь находиться, приходилось здорово напитывать покровы энергией.

Впереди всех бежала светловолосая девушка в красивом латном доспехе, сияющем на солнце. Её лицо было напряжённым.

Бежит…

Не останавливается…

Эй, реально же не останавливается! Алё! Ты же врежешься!

Света с разбегу влетела в меня и повисла у меня на шее. Я ощутил бурю эмоций внутри паладинши. Смесь радости, облегчения, чувство отступающей тревоги…

О, начало проявляться смущение. Но не столь явно, как наслаждение.

Уткнувшись мне носом в плечо, Света продолжала стоять в обнимку, не произнося ни слова.

— Я тоже рад тебя видеть, герцогиня, — произнёс я голосом, изменённым с помощью спецоборудования.

Только сейчас девушка подняла голову и, не прекращая меня обнимать, пристально уставилась в мой шлем.

— Возможно, ты разочаруешься во мне, как в воине, но я волновалась, — произнесла она тихо. — Ты ушёл один против этой неведомой Тьмы. Я… не сомневалась в тебе. Верила, что ты победишь её. Но всё равно… Это было опасно даже для тебя! Мне казалось, враг с которым ты сошёлся, был невероятно силен.

Выдав эту тираду, она напряглась и будто бы перестала дышать, ожидая моей реакции.

Я улыбнулся под шлемом. Забавно, бой ведь в самом деле выдался довольно сложным. Я не верю, что я мог проиграть…

Но Тьма смогла пробрать меня почти до самого сердца.

— У тебя отличная интуиция, герцогиня, — изрёк я. — Но как видишь, теперь всё позади. Можешь отпустить меня, пока те, кто пришёл с тобой, не начали распускать слухи.

Бежавшие позади Светы бойцы уже рассредоточились и оцепили место моего недавнего сражения. Выискивают врагов? Молодцы. Профессионалы.

Но здесь никакой опасности нет.

— Какие слухи? — не поняла Света, продолжая меня обнимать.

— Да такие, что замуж ты хочешь за графа Белозерова, а в объятья ловишь меня, — хмыкнул я, наблюдая за паладиншей.

Света хмыкнула и покачала головой.

— Не понимаю, что вы такое говорите, Ваше Высочество, — она хитро улыбнулась.

— А ты очень напористая, герцогиня, — покачал я головой. — Разве так должно вести себя высшей аристократке?

Света нахмурилась и недобро посмотрела в зеркальную прорезь для глаз на моём шлеме.

— Я лишь хочу быть честной сама с собой, — твёрдо произнесла она.