Я покосился на него. Хм… Возможно, в некоторых вопросах я до сих пор не понимаю этот мир так хорошо, как его «коренные» жители. Или дело не в том, что Александр коренной, а в другом? Что я здесь рос большую часть своей жизни как ребёнок торговцев в Лондоне, а не как будущий правитель? А стало быть недополучил профильного образования и в чём-то мне может не хватать кругозора.

— Ты прав, — кивнул я. — Невежливо плевать на чужую волю. Значит, нужно сделать так, чтобы неодарённые могли приносить ещё больше пользы в бою, при этом и повысить их выживаемость. Создать что-то вроде инженерных артефактов, которые может активировать обычный человек. Типа на аккумуляторе, работающем от энергии.

— Хм… — деловито закивал Александр. — Звучит неплохо. А ещё можно развить ту тему, что использовали на мне и Батуми. Сделать её совсем безопасной для организма и доступной неодарённым.

Я удивлённо уставился на него. Моего выражения лица из-за шлема брат не видел, но по движениям тела понял, что я чувствую.

— Не смотри на меня так, — хмыкнул Александр. — Я не поддерживаю террористов и их методы. Но их исследования могут реально помочь увеличить выживаемость людей. Прикинь, человек всю жизнь мечтает быть выдающимся воином, хоть и родился неодарённым. Как ему быть сейчас? А если исследуем и разовьём технологии Ордена, но у этого человека появятся варианты. Например, он отучится в военной академии, продемонстрирует там свою решимость и непоколебимую волю, и в награду получит доступ к чудо-доспехам и… ну пусть будет микстурке, временно повышающей силу? Честно говоря, Макс, не вижу ничего плохого в этой картине. То, что террористы использовали нечто подобное во зло и насильно — не показатель. Террористы и Метки используют, так что же, нам теперь и Метки объявить вне закона?

Я продолжил удивлённо пялиться на него.

А затем усмехнулся и произнёс:

— Неплохая позиция. Может тебе лучше стать Императором Всероссийским?

Александр нахмурился.

— Не шути так, брат, — проговорил он на удивление строго. — Я уже сказал, что считаю тебя достойнейшим из нас. На трон я не претендую — лучше тебя никого не справится с ролью императора, — он улыбнулся и добавил: — По мне, идеальный правитель — это тот, кто умудряется сочетать в себе и либерала, и консерватора, делать то, что ему хочется, но обращать внимание на потребности и предложения других. А главное — гнуть свою Волю и стараться ради собственного возвышения. Но притом, чтобы его возвышение вело к возвышению всей страны. Короче говоря, Макс, ты — идеальный кандидат.

Он весело рассмеялся.

А в следующий миг в штабе запиликала серена — условный знак, сигнализирующий о том, что на поле боя замечены новые могучие враги.

— Где? — быстро спросил я, подходя к остальным членам командного состава.

— Вот этот пятак! — мой брат Влад, только что обсуждавший со старшими офицерами что-то возле другой карты, обвёл пальцем круг.

— Довольно далеко от основных сил… — заметил Александр.

Когда Юра прочёсывал эту местность, там ещё никого не было. Но дальше моими зверятами была замечена одна не особо большая, но довольно «жирная» группа персов. Аж с тремя Богоподобными.

— Мы смогли идентифицировать одного Богоподобного, — произнёс штабной офицер, глядя на меня. — Аристократ из рода На-мединн. Метка песчаного типа.

Идентифицировали они его, разумеется, по лицу, а не по объёму энергии. Вероятно, двух других Богоподобных наши разведчики тупо не заметили. Ну или не узнали, что более вероятно.

— Я пойду, — спокойно произнёс я и, повернувшись к княжичу Трубецкому, добавил: — Владимир, продолжай командовать.

— Слушаюсь, Ваше Высочество, — отчеканил он.