|
Говорит, будет правильно, если другие признают тебя достойным. Мол, всех несогласных братьев мы выгоним, останемся только втроём, и…
Получится, что только мы трое в назначенный день пришли в тронный зал. Ну а там братья уже выбрали меня.
Что-то вроде этого.
Звучит, как план.
Вот только пока что самого Влада я оставил в имении под Новосибирском. Он сопротивлялся, но я настоял. Влад ведь не любит биться против людей. И уж тем более против братьев. Зачем его лишний раз тащить в сражение? Нет, я, конечно, притащил бы, если бы было очень надо. Более того мы договорились, что он с подкреплением будет дежурить возле портальной площадки и, если нас прижмут враги, я открою портал, и Влад прибежит нас спасать.
Или если я всё-таки решу завтра устроить себе коронацию и позову его на праздник — тогда он тоже сможет быстро прибыть.
Но всё это позже. А пока ему лучше быть в моём имении.
Есть у меня такое стойкое ощущение.
Я протяжно выдохнул.
— Устали, Ваше Высочество? — раздался за спиной игривый голос: — Бу!
— Если ты хотела напугать меня, Лизи, у тебя ничего не получилось, — не оборачиваясь, ответил я. — Проходи, присаживайся.
— Пф! Мог бы изобразить испуг, хотя бы! — возмутилась девушка. — Я же старалась!
Она плюхнулась рядом и поставила на небольшой столик термос и сухофрукты из аномалии.
— Я подумала, что тебе захочется согреться и немного успокоиться, — проговорила она, открыв термос и протянув его мне. — Не то, чтобы я считаю, будто ты переживаешь, но… — она сбилась, смутилась, а затем резко пошла в атаку: — Но вообще, тебе нужно уже лечь спать и набраться сил перед завтрашним днём!
В ноздри бил приятный аромат фруктов и корицы. Лиза принесла мне свежесваренный глинтвейн.
— Спасибо, — улыбнулся я ей. — Ты такая милая, когда нервничаешь.
— Пф! С чего бы мне нервничать⁈ — выпалила она.
А затем принялась внимательно наблюдать за тем, как я пью.
— Чего ты так смотришь? — улыбнулся я, выпив половину содержимого термоса. — Неужто виагру в глинтвейн подсыпала и следишь, чтобы всё выпил?
— Пф! Больно мне это надо! — её щёчки покраснели, но она вновь переборола смущение и пошла в атаку: — Или всё-таки это тебе надо? Позвонить Кристине, уточнить?
— Не надо, — хмыкнул я. — Прости, глупая шутка. Глинтвейн очень вкусный. Никогда такой не пил раньше. Спасибо.
— И тебе спасибо, — пробубнила она в сторону. — Рада, что понравился. У меня есть секретный ингредиент.
— Твоя любовь? — усмехнулся я.
Вопреки моим ожиданиям, Лиза не сделала очередное «Пф!». Вместо этого она пристально на меня уставилась.
И через несколько секунд произнесла:
— А что ты будешь делать, если я скажу «да»? Как станешь развивать тему?
И снова пристально смотрит.
— А ты скажешь «да»? — легко спросил я, судорожно соображая, как выбраться из ловушки, в которую сам себя загнал.
Несколько секунд она не сводила с меня глаз, а затем усмехнулась и поправила прядь волос за ухо.
После чего произнесла в сторону:
— Допустим, скажу. И?
Пару секунд я помедлил, затем открыл рот, чтобы ответить, и…
— Поздно, — прервала меня Лиза. — Долго думаете над ответом, Ваше Высочество. Ну а я не имею права его с вас требовать. Особенно когда на носу у вас спасение сестры и коронация. Ну и разрушение потенциального брака девушки, что вам не безразлична. Нате лучше попробуйте, анжурийсианскую хурму. Я сама её сушила. И тоже кое-что добавила.
Лиза мило улыбнулась и пододвинула мне пакет с закусками. |