Я достал оттуда кусочек и укусил.

Сладко и сухо… Вкус раскрывается медленно с каждым последующим укусом.

Стоп! Я знаю, как сделать этот вкус ярче.

Улыбнувшись, я запил аномальную сушёную хурму глинтвейном.

И едва не улетел в космос от наслаждения.

— Рада, что ты разгадал мою кулинарную загадку, — счастливо улыбнулась Лиза. — Хотя это было легко.

Она тихо захихикала.

«Оппа, как я посмотрю, самка номер один отлично готовит. Бери ты её уже в стаю, а! Будет твоих кухарок гонять!»

«Угу, в те моменты, когда отдыхает от тяжёлой работы главы СБ императорского рода и императорской семьи».

«Вот! Верно мыслишь, оппа! Я тут одну дораму смотрела, так там сказали, что кулинария — лучшее хобби из всех, что можно придумать! Правда, там так главная героиня думала о главном герое. Мол удобно это когда самец сам добычу добыл, сам её и приготовил. Ура Матриархату!»

Незаметно для Фаи я чуть приглушил её, чтобы не лезла в мои мысли.

— Не скажу, что сильно волновался, Лизи, или же что чувствовал себя опустошённым, однако благодаря тебе мне стало полегче, — улыбнулся я княжне.

— Пф! — выдала она. — Звучит как-то странно. Типа: «Спасибо, конечно, за старания, но мы и без вас бы справились».

— Не бузи, я правда тебя благодарю.

— Уже и побузить нельзя!

Лиза замолчала с вызовом глядя на меня, а затем мило улыбнулась.

— Ты говорил, что тебе нравится, что с тобой я искренняя, — проговорила она в сторону. — Вот и наслаждайся. Или не нравится?

— Нравится, — признался я.

— С тобой я могу позволить себе расслабиться, — изрекла она, серьёзно глядя на меня. — Но мне не хочется сильно грузить тебя, Максим. У тебя и так забот хватает.

Глядя на неё, я тяжело вздохнул, а затем медленно потянул ладонь к лицу девушки. Лиза не отпрянула, лишь удивлённо уставилась на мою руку.

Я мягко двумя пальцами ущипнул её щеку.

Лиза ещё больше вылупила глаза, будто ожидала чего-то другого.

— Ну тогда скажи мне прямо, — проникновенно произнёс я. — «Макс, я волнуюсь из-за того, что произойдёт завтра». Ну? Говори.

— Я волнуюсь, — пробурчала она. — На кону слишком многое. И мне не хочется отвлекать тебя своим волнением. Так что зачем ты из меня выдавливаешь эти слова?

— Если выдавить гной, рана быстрее заживёт, — хохотнул я, отпустив её.

Я зажевал ещё несколько чипсов из аномальной хурмы и отпил глинтвейна.

Лиза молчала, ожидая от меня ещё каких-то слов.

Что ж… Не будем её разочаровывать.

— Знаешь, Золотце, — тепло улыбнулся я Волконской, — когда высказался, тебе становится легче. Но, чтобы вновь не возвращаться к терзающей тебя теме в духе «как же все пройдёт завтра», лучше подумать о чём-то отвлечённом. Например, подумай вот о чём. Давай вернёмся в начало нашего с тобой разговора, если ты говоришь «да», что остаётся делать мне? Ответ очевиден — мне остаётся думать, что если я всё-таки решу, что одной жены мне мало, то я обязательно сделаю тебе предложение'.

Я подмигнул опешившей Лизе и протянул ей термос.

Она вцепилась в него двумя руками и залпом допила остатки.

«Ура! Непрямой поцелуй!» — захохотала Фая.

— Спокойной ночи! Приятных снов! — выпалила Волконская и рванула обратно в дом.

Глядя на её красивый зад в обтягивающих утеплённых легинсах, я подумал, что сам до сих пор не ответил на предложение от другой девушки. Той, что озвучила свою позицию несколько раньше, чем Лиза.

* * *

Десятое февраля две тысячи двадцать четвёртого года — какая же любопытная всё-таки сегодня дата.