— Расслабьтесь, Нора. Разве вы не знаете, что ни один уважающий себя донжуан не потащит даму в постель раньше, чем угостит ее обедом?

— Винсент, это не смешно…

— Это вы мне говорите? — Винсент сухо усмехнулся, перехватив взгляд Норы. Вдруг его лицо, словно высеченное из гранита, смягчилось, и он добавил с удивлением: — Впервые в жизни я не знаю что сказать. Вы совершенно правы, это не смешно.

Нора выпрямилась и застыла. Только не это! Она еще могла бы противостоять откровенной чувственной атаке, явному стремлению подавить ее, подчинить своей воле, но такой Винсент — неуверенный, даже ранимый — был неизмеримо опаснее. Тело Норы охватила предательская слабость, и ей вдруг страстно захотелось подойти к нему и приласкать.

Понимает ли он сам, что творится с женским сердцем, когда под маской сильного мужчины вдруг проглядывают черты заблудившегося мальчика? Ответ напрашивался сам собой: не только прекрасно понимает, но и умело этим пользуется. Он с самого начала честно изложил правила игры. Изменился не Винсент — изменилась она сама.

Нора попыталась принять безразличный вид. Однако пылающие щеки и бешено бьющееся сердце мешали ей сохранить самообладание.

— Винсент, я уже говорила, меня не интересует короткая любовная связь…

— Меня тоже. — Винсент усмехнулся, и в его суровом лице вновь промелькнуло что-то мальчишеское. Норе понадобилась вся ее сила воли, чтобы не броситься в его объятия. — Она не будет короткой, я вам обещаю.

Она хотела бросить на Винсента уничтожающий взгляд, но, как всегда, из этого ничего не получилось. И как волк инстинктивно чует, когда жертва готова сдаться, он понял ее внутреннее состояние.

— Идите ко мне.

Винсент поднялся с дивана одним плавным движением. Лицо его вдруг стало напряженным и одновременно удивительно нежным. Нора невольно тоже встала. Она понимала, что достаточно одного поцелуя, чтобы ситуация вышла из-под контроля, но ничего не могла с собой поделать и шагнула к нему.

— Бедная Красная Шапочка, — насмешливо прошептал Винсент, привлекая ее к себе, — совсем одна в логове большого страшного Волка… — Он вгляделся в широко распахнутые карие глаза. — Нора, ты так прекрасна! Ты красивая, храбрая… в тебе есть все, о чем может мечтать мужчина.

Он склонился к ее лицу и осыпал его нежными поцелуями. Нора закрыла глаза и почти перестала дышать. Но когда Винсент коснулся жаркими губами ее шеи и нежной впадинки за ухом, она застонала от наслаждения, презирая себя, но не в силах сдержаться.

— Это оказалось не так уж отвратительно, правда? — В низком хриплом голосе слышались иронические нотки, но Норе уже было все равно.

В эту минуту она не сознавала ничего, кроме захлестнувшей ее сладостной волны. — Мы можем сделать это медленно, так медленно, как ты пожелаешь.

Когда Винсент без труда раздвинул языком ее податливые губы и впился в рот властным поцелуем, Нора поняла, что последует дальше. Она не могла и не хотела с ним бороться. Будь что будет. Пусть ей суждено провести с Винсентом несколько месяцев, недель или даже дней, но, по крайней мере, когда он уйдет — а это неизбежно случится, — у нее останутся воспоминания, которые будут согревать ее сердце всю оставшуюся жизнь.