– Можно ко мне. Гостиная скорее всего свободна.

В комнате повисла напряженная тишина. Они сидели на противоположных концах кушетки с чашками кофе в руках. Как Дана и предполагала, в гостиной никого не оказалось. Вообще, похоже, в доме абсолютно пусто, хотя Дана знала, что миссис Балч у себя, неподалеку от кухни.

Она поставила чашку и достала блокнот.

– Ясно, вы уже приготовили оружие и готовы стрелять, – усмехнулся доктор.

– Простите? – Дана слышала, что он сказал, но наблюдала за тем, как он пьет кофе, не вникая в смысл. Какие у него замечательные руки, руки хирурга – изящные, спокойные и сильные! «Интересно, а остальное тело так же хорошо?» – поймала себя на неожиданной мысли Дана.

– Не стоит прикидываться, вы слышали, ну так приступайте.

Он вернулся к своей прежней манере, демонстрирует собственное превосходство, подумала Дана. Она должна понять: его любезные манеры – дело временное, он быстро с ними расстанется. Ничего, она справится и с его гневом, и с его надменностью. Но с чем она не в силах справиться, так это с сексуальной притягательностью, которая так на нее действует.

– Я соображаю, с чего начать, – призналась она, а потом добавила: – Слушайте, визит к зубному врачу гораздо страшнее.

Он скривил губы в едва заметной улыбке.

– Вы уверены?

Боже, как бы она хотела, чтобы он не улыбался! Его улыбка для нее почти смертельна.

– Уверена.

– Я так не думаю.

– Ну, начнем сначала.

– Давайте не сначала.

Дана вспыхнула, но быстро взяла себя в руки.

– Ну хорошо, предположим, мы уже начали.

– О’кей. Почему вы сделали такой упор на том, что я не пью? Я уверен, у вас есть причина.

Его вопрос огорошил ее.

– Может быть, – она сделала паузу, – я знаю о судебном иске.

– Что еще вы знаете?

– О пропавших деньгах.

Его лицо стало серым. Он посмотрел на нее долгим взглядом, словно пытался решить, простить ли ее за то, что она заговорила о второй проблеме.

– Ах, так вы подслушивали?

Она пропустила мимо ушей его сарказм.

– Я хочу знать, действительно ли вы виновны в первом случае и вовлечены ли во второй.

– И то и другое не ваше дело.

Он поднялся на ноги. Внешне он казался спокойным, но Дана знала, что он напряжен до крайности.

– Что, черт возьми, еще вы знаете? – потребовал он ответа, возвышаясь над ней.

Она встала, но держалась на приличном расстоянии от доктора.

– Если вам нечего скрывать, то почему не рассказать о себе?

– Вы настоящая работяга, леди.

– Спасибо. Кроме того, я знаю, что вы занимаетесь конгрессменом Кроуфордом.

Смертельная тишина повисла в комнате. У него на скулах заходили желваки.

– Я не знаю, черт побери, где вы получили такую информацию, но вам лучше забыть о ней.

– Вы не можете так себя вести. – Ее глаза сверкали. – Вы должны мне все рассказать!

– Я не буду рассказывать ничего такого, что могло бы поставить под угрозу мою работу.

– А почему вы усложняете мою работу? Если в ваших делах нет ничего запретного, почему бы не ответить на мои вопросы?

– У меня есть предложение получше, – с расстановкой проговорил он, приближаясь к ней. – Почему бы вам не остановиться? Берите-ка ваш блокнот и ручку и уносите свою задницу туда, откуда принесли.

– Дерьмо! – Дана размахнулась, собираясь влепить ему пощечину, но Грейнджер оказался проворнее.

Он поймал ее за запястье, притянул к себе и припал к ее губам горячим голодным ртом.