Драуг с трудом сдержал брезгливую гримасу. Хоть и не стоило вообще никак откликаться на такое, но все же… он не ожидал. Пустота пожирает. Вессе теряет свой облик, превращаясь в чудовище.

— Как-то печально, — тихо сказал Яшрах.

Вессе приложил руку к уху, хрипло расхохотался:

— Так-так, мало того, что я тебя не знаю, так ещё и гадости выслушивать должен? Эй, Фьялбъёрн Драуг, твоё окружение достойно тебя. Такие же неучи и невежды!

Драуг и Яшрах переглянулись. Вессе, несмотря на плачевный вид, слабаком не выглядел. Да и свежи ещё были в памяти чары водяного, которые бы принесли немало вреда «Гордому линорму», если бы не вмешалась Йанта.

Фьялбъёрн стоял в напряжении, пытаясь предугадать, что сделает водяной в следующую минуту. Пока что даже не спрашивает, как они здесь оказались. Впрочем, наверно, догадаться несложно. Янсрунд хоть и гад, но вряд ли будет привечать долго такую тварь, как Вессе. Повелитель Холода принадлежит к старым богам, которые на развлечения сумасшедших смертных смотрят с любопытством, но не более. Им лишь бы поиграть. Янсрунд, конечно, падок на красивых и смелых людей, способных развеять его скуку или согреть ложе, но вот глупцов, желающих захватить божественную власть, — терпеть не может. Видимо, гневается на их дерзость по-настоящему.

Сумасшествие Вессе пока что было на той ступени, когда сложно понять, действительно ли ему хватит сил совершить задуманное, или Пустота сожрёт его и не подавится?

Яшрах не двигался, но пламя, охватывавшее их, стало жарче. Чтобы там ни задумывал водяной, защита усилилась. Фьялбъёрн чувствовал, что южанин хочет сказать много разного и ласкового в адрес Вессе, однако не дает себе воли. Все разговоры — потом. Сейчас важно следить за каждым его шагом и не прозевать нападения.

Вессе сделал несколько шагов вперед.

— Зачем пришёл, драуг? — глухо поинтересовался он.

На дне провалов, где когда-то были глаза, вспыхнули огоньки. Нехорошие такие, будто под гнилой прозрачной плотью загорелся белый холодный свет.

Метнуть секиру сейчас? Подпустить поближе? Заговорить зубы? Гунфридр велел убить Вессе, но при этом ничего не говорил про Пустоту. Не схитрил ли Вессе, почему так просто вышел встретить тех, кому бы с радостью перегрыз глотки?

Всё так тихо, спокойно. Во всяком случае, никто не подкрадывается за спиной, да и позади Вессе никого нет. Но в то же время водяной явно что-то затеял. В то, что его застали неожиданно, не верилось.

— Да вот… — всё же протянул Фьялбъёрн, делая вид, что явился не через портал Повелителя Холода, а мимо проплывал, распивая глёг на борту «Гордого линорма». — Друг мой очень интересуется твоими умениями и хочет побольше узнать о ритуалах.

Получилось настолько невинно и глупо, что Яшрах чуть не закатил глаза. Ну, а что? Он же и впрямь хотел посмотреть Пустоту! Вот пусть теперь и выкручивается.

Вессе расхохотался — неприятно и скрипуче, словно каждый звук, исторгаемый горлом, приносил боль. В сочетании с изуродованным лицом всё вместе пробирало до костей.

«Прибить бы его побыстрее, чтобы не мучился», — мелькнула мысль.

Только надо тогда выхватить секиру, а это так просто не выйдет. Вессе заметит.

— Именно так, уважаемый, — вступил в разговор Яшрах, явно понимая, что отмолчаться не получится. — Пустота…

— Смертью от тебя несёт, — вдруг грубо оборвал его Вессе. — Чувствую такой шлейф, что вся Маргюгрова Пучина содрогнулась.

Откуда-то донесся грохот, словно с вершин скал неслись огромные камни.

Фьялбъёрн огляделся. Нет, ничего. Ну, Вессе. Ещё слово — и всё, хватит разводить беседы, чай не в пиршественном зале у дроттена Бо.