Ну вот, кому-то не хватало южных витиеватостей? Йанта мысленно вздохнула, извлекая из памяти подходящие случаю учтивости.

— Для меня великая и незаслуженная честь, что вам известно мое скромное имя, о господин. Даже час беды бывает благословенен за то, что сводит вместе достойных соратников, так и мне несказанно повезло встретить на своем пути светоч знаний и источник мудрости.

На мгновение показалось, что в непроницаемо-черных, как у нее самой, глазах мелькнула растерянность. Но, наверное, лишь показалось. Сразу же южанин безмятежно и с явным удовольствием улыбнулся и снова поклонился, на этот раз несколько ниже.

— Как отрадно слышать учтивые речи, услаждающие слух, будто журчанье родника в пустыне. Видят боги, я бы охотно провел за беседой сколь угодно долгое время, рассыпая перлы красноречия…

— Но именно времени у нас сейчас и нет, — спокойно сказала Йанта и увидела третий поклон, почти кивок. — Что ж, мудрейший, прошу указать, чем бы я могла помочь вашим планам. Понимаю, что мое появление оказалось неожиданностью, но так уж вышло, что это и моя битва тоже.

— О, госпожа Йанта, — заговорил южанин с той же сладкоречивой мягкостью, — это мне следует просить прощения, что невольно отнимаю своим присутствием часть вашей будущей заслуженной победы…

— Я предпочитаю побеждать в хорошей компании, — снова усмехнулась Йанта, опираясь локтем о фальшборт корабля. — А в таком бою лишних соратников не бывает. Притом я думаю, что вы знакомы с Фьялбъёрном куда дольше меня, так что старшинство здесь принадлежит вам и по праву силы, и по праву опыта, и по праву первенства.

— Знаком — да… Но плавать с нашим дорогим ярлом мне не доводилось, — задумчиво возразил Яшрах. — Нашему знакомству много лет, это верно, однако оно несколько иного рода. Возможно, вы слышали об Оларсе. Оларсе Забытом, как его здесь звали… Он мой ученик.

— Корабельный ворлок «Линорма», — тихо проговорила Йанта. — Сгинувший во Мраке, спасая корабль. Я сожалею всем сердцем, господин…

— Яшрах. Признаться, мне удивительно слышать поистине искреннее сожаление о незнакомце в ваших словах, госпожа Огнецвет, но тем оно ценнее. Оставим дела и печали минувших дней в пользу неотложной заботы. Могу ли я поинтересоваться, как именно вы собирались сразиться с Вессе?

— Не знаю, — честно призналась Йанта, пожимая плечами. — Точнее, не знала еще недавно. Но мне дали подсказку…

Следовало отдать Яшраху должное — мысль Янсрунда он поймал на лету. Озабоченно вздохнул, сообщив, что когда руки пусты, поневоле схватишься и за оружие врага, еще немного молча подумал.

— А что мерикиви? — поинтересовалась Йанта, стараясь, чтоб это прозвучало как можно небрежнее. — Зачем здесь она?

— Ах, наша прекрасная рыжеволосая дева! — оживился Яшрах с явным злорадством в голосе. — Что ж, мои замыслы касательно неё замечательно сочетаются с тем, что вы мне рассказали, дорогая госпожа Огнецвет.

— Замыслы? — подняла бровь Йанта, понимая, что эти двое друг другу явно не друзья, что весьма приятно — еще ей не хватало мага смерти в приятелях у рыжей дряни.

— Вы знали, что целители мерикиви владеют даром если не совсем останавливать, то изрядно замедлять время? Их госпожа Брада дает им силу, сходную с действием янтаря пленять попавших в него букашек. А время — очень пластичная субстанция…

— Понимаю… — медленно кивнула Йанта. — Но… разве это не опасно для самой мерикиви? Она окажется слишком близко и к Вессе, и к Пустоте…

— Если она не сделает того, что от неё требуется, — ядовито улыбнулся Яшрах, — она окажется еще ближе к разъяренному ярлу, который не простил целительнице вашего похищения.