Категорическая настойчивость, с которой Бланки отвергал мысль о том, что июльская монархия вынудила его к видимости отдыха, не кажется, однако, убедительной. Разве не было явным отрывом от революционной деятельности заключение в тюрьму? В результате он не вошел, например, в «Общество прав человека», которое сменило «Общество друзей народа», обреченное на распад из-за шести судебных процессов. Хотя это новое политическое общество не отличалось высокой организованностью, не отвергало частную собственность, поддерживало идею примирения рабочих с буржуазией, все же оно стало важнейшим центром республиканских сил. В «Обществе прав человека» было до 6 тысяч членов, объединенных в 300 секций. Из них только 170 действовали в Париже, а остальные в других городах и даже в армии. Общество не отличалось идейной сплоченностью и ясностью целей, но ничего лучшего не было.

Таким образом, тюремное заключение и вызванное этим ухудшение здоровья не могли, естественно, не сказаться на активности Бланки в революционном движении. Он сам чувствовал этот отрыв и решил в конце 1833 года напомнить о себе изданием собственного печатного органа. Выпуск газеты во Франции был делом огромной трудности. Приходилось преодолевать не только прямое противодействие властей. Главным образом нужны были деньги как на типографские расходы, так и на неизбежные для оппозиционной газеты штрафы. Деятельность печати вообще представляла собой одно из важнейших проявлений напряженной политической борьбы при июльской монархии. Только с шоля 1830 года по сентябрь 1834 года состоялось 520 процессов по делам печатн. За опубликование неугодных правительству статей журналисты были приговорены в целом к 106 годам тюрьмы. Редакции заплатили больше 400 тысяч франков штрафа.

2 февраля 1834 года вышел в свет первый номер газеты «Лпбератер» — «Освободитель». Сразу под названием на первой странице указывалось: «Газета угнетенных, выступающая за социальную реформу путем создания республики, руководимая Огюстом Бланки, главным редактором». Газету украшал республиканский девиз «свобода, равенство и братство» с некоторым изменением: слово «свобода» было заменено словом «единство». В самой газете добиться его было нетрудно: Бланки был единственным сотрудником и автором газеты. Что касается удаления из республиканского девиза слова «свобода», то это, видимо, прежде всего реакция на безудержную спекуляцию буржуазных политиков этим словом, означавшим на деле свободу капиталистической эксплуатации. Вообще теоретическая точность формулировок не была сильной сторопой у Бланки. Ведь передовая статья в его газете посвящена именно свободе! Он страстно отстаивает в ней свободу печати: «Из всех тягот, которые угнетают граждан, лишенных богатства, самой болезненной и самой горькой является лишение их свободы выразить свои мысли». Газета Бланки и служит протестом против такого положения. «Одинокий человек, — пишет он о себе, — без денег, не имеющий ни одного су даже на первые основные расходы, намерен не бояться запрета, введенного денежной аристократией против бедных, которые осмеливаются думать».

Смелость н отвага не заменили денег. Первый номер газеты оказался последним. Основатель газеты слишком много взял на себя, обещая регулярно выпускать газету «в первое воскресенье каждого месяца» и объявляя о приеме подписки на нее. Подписчиков не нашлось. Но Бланки взял на себя в передовой статье и другое, значительно более серьезное обязательство. В ней объявлялось, что Бланки «будет стремиться раскрыть в простых, ясных и четких понятиях вопрос о том, почему народ несчастен и каким образом он должен перестать быть таким. Он объяснит природу отношений, существующих сегодня между хозяевами и рабочим; социальный вопрос, один составляющий почти целиком содержание всей политической экономии, о котором официальные профессора опасаются сказать хотя бы одно слово».