Вашу ж мать! Точно. Лаура.

Дальнейшая беседа оказалась невозможной, дверь в кабинет Мороза открылась. Оттуда вышли люди, что-то энергично между собой обсуждая.

Лаура быстро встала, поправила юбку. Вот и Инге надо не забывать это делать!

— Вы можете войти, — церемонно кивнула она на дверь.

Не больно-то и хотелось… Но надо.

***

Команда у Мороза — на загляденье, этого не отнять. Никаких тебе Яриков. Все сплошь профессионалы высочайшей пробы. Никитин, CIO, обманчиво флегматичный блондин с блеклыми и незапоминающимися чертами лица, умеет схватывать все на лету, делать все, как надо, и работать и даже просто обсуждать деловые вопросы с ним — одно удовольствие. Главный по связи, совсем не такой флегматичный, а, даже наоборот, весьма шустрый и говорливый, отец пятерых детей, как совершенно того не желая, была осведомлена от все той же Лауры Инга — тоже как коллега по проекту золотой человек. В общем, люди Мороза Инге нравились. Сам Мороз — нет. По крайней мере, она себя в этом убеждала.

Совещание прошло быстро и продуктивно. Компания выходила на заданную дату, без запаса, но выходила, и Инга чувствовала за это какую-то совершенно несвойственную ей гордость.

— В четверг еще раз контрольно, — напомнил своим людям Мороз, все закивали, вставая. А он посмотрел на Ингу. — А вас, Штирлиц, я попрошу остаться.

Хмыкнул себе в бороду Никитин, туда же пряча улыбку. Руководитель службы связи и отец пятерых детей позволил себе даже смешок. Надо сказать, что не все сотрудники «Т-Телеком» относились к Морозу, как Лаура. Эти двое, например, умудрялись своему генеральному директору, судя по всему, даже симпатизировать. Взять у них парочку уроков, что ли?

— Ну что, Инга, у нас все по плану?

— Да, — с тщательно взятым под контроль лицом ответила Инга. — Все идет по плану.

Мороз хмыкнул. И принялся настукивать карандашом что-то. Что-что. Что-то знакомое.

А все идет по плану…

— Ой…

Она сказала это вслух. Но кто бы мог предположить, что весь выхоленный, лощеный, самодовольный и вальяжный Мороз…. Знает песни Егора Летова?!

— Что? — он эффектно поднял бровь. Продолжая настукивать все тот — теперь уже никаких сомнений нет — ритм.

— Ничего, — Инга вдруг поняла, что хочет улыбнуться. Но в обществе генерального директора «Т-Телеком» она уже научилась и даже привыкла тщательно следить за тем, что делает и что говорит. — Просто все… — стук карандаша, — идет, — стук, — по плану…

Под конец она едва не запела. Мороз молчал, отбивая карандашом ритм. И левый угол красивых, четко очерченных губ был определенно выше правого. Смешно вам, Павел Валерьевич?

— По плану — это хорошо, — Мороз резко отбросил карандаш в сторону, пружинисто встал. И прошел к Инге и сел рядом, за большой стол для совещаний. — Инга, вы мне вот что поясните. Я не совсем один момент понимаю…

Он озвучил вопрос, она принялась за объяснения, попутно в который раз удивляясь тому, насколько хорошо он понимает детали всего происходящего. Ей всегда казалось, что руководители такого ранга не вникают в детали. Но Мороз определенно знал, где скрывается дьявол. Наверное, именно в этом, в том числе, и крылся секрет его профессионального успеха. Мороза можно было не любить, он мог бесить, раздражать. Но его нельзя было не уважать.

И все же несправедливо, что одному и тому же человеку достались внешность киноактера, острые, как бритва, мозги и к ним, зачем-то — видимо, для равновесия — редкой вредности характер. По крайней мере, по мнению большинства.