|
Кишигай злился всё больше, так как ненавидел дождь, поэтому воздух вокруг него стал заметно теплее, а над головой появился слабый огненный щит невидимый обычному человеку. Сперва, одна капля упала на каменную гладко отшлифованную брусчатку небольшой площади, затем к ней присоединилась вторая, третья и капли почти сплошным потоком полились из налившихся свинцом туч. Удручающий вид безумного мага, над которым шел пар, несказанно радовал Ароурая, ведь в отличие от теплолюбивого аристократа он любил дождь, поэтому не создавал какой-либо защиты, позволяя ливню нещадно поливать себя. Альрин будто шел недалеко от них и вновь услышал их разговор:
- Какие же здесь всё-таки странные люди, вспомни, лет сто назад, когда мы разгромили город в Нариорне, на нас сразу же напали, как только Ривеленд убил нищего, который хотел порыться в карманах его мантии, - колдун усмехнулся. - А здесь... я испепелил мальчишку, и ни одна женщина даже не закричала, будто так и должно быть, не говоря уже о трусости здешних мужчин, которые за свою шкуру готовы продать своих детей. Бр-р-р... как же мне нравится жить, и каждый раз смотреть на различные реакции людей, когда я сжигаю кого-нибудь у них на глазах. Давненько мне не приходилось видеть подобной реакции. Я понемногу начинаю понимать Эйриния, - опять с чародеем что-то произошло. - Хотя мне всё так надоело, что я просто бы убил всех в этом Ардале, как он сейчас называется, - и снова с ним произошел резкий скачок настроения. - Нет, я не должен так поступать, иначе Ривеленд мне голову открутит, а мне ещё пока жить хочется.
- Какой же ты сегодня говорливый, - скривился Повелитель Падали. - Заткнись уже!
- Всё-всё, молчу, - усмехнулся безумный маг и резко изменился. - Ещё раз позволишь себе говорить со мной в таком тоне, ничтожество, и от тебя даже пепла не останется. Хотя нет... сперва, я разукрашу твою уродливую рожу ожогами, а потом выжгу глаза и вырву зубы, дальше... - колдун не успел договорить, что он ещё сделает, так как увидел цель. - Вот и идёт к нам толстая продажная свинья.
- И вкусная, - оскалился, словно какое-то чудовище Ароурай.
- Приветствую вас уважаемые... тальм Кишигай и тальм Ароурай, - поклонился мэр города.
- Мы не намерены задерживаться, - сказал безумный маг. - Сколько жителей в этом убогом городишке.
- Тысяча двести восемьдесят шесть, - ответил толстяк, на вопрос, проигнорировав оскорбление.
- Сколько вы хотите за жизни всех жителей? - спросил Ароурай.
- Хм... по сто золотых за каждого, - ухмыльнулся толстый чиновник, сделав совсем небольшую заминку, а его улыбка показалась Ароураю ещё более отвратительней, чем у Кишигая, когда у того хорошее настроение.
- Держи, - безумный маг швырнул в руки мэра мешок путника. - Там двести тысяч арконов. Останешься посмотреть, как мы распорядимся проданными людьми?
- С радостью, - согласился продажный глава города. - Погодите только немного.
Из-за угла вышел человек в синей мантии, которая не намокала под дождём, да и шел он по лужам так, что дорогие туфли не опускались в глубину. Человек посмотрел на Порождений Мрака без особого восторга, но в его глазах явно было предвкушение битвы. Он сжал руку в кулак и в Кишигая полетел мощный Водяной Серп, который, не долетев до безумного колдуна, испарился.
- Стоять Ароурай! - крикнул чародей. - На этот раз это моя битва, ты потом займёшься жителями. А в тебе много Мрака тварь, - обратился маг к мэру. - Сперва продал всех жителей города, а теперь решил прихлопнуть нас.
- Ну а как же, вы конечно щедрые, господа тёмные маги, но мне нужно больше, больше золота, а часть денег пойдёт ему, - он ткнул на мага воды стоящего за ним. - А жителей потом ещё раз продам каким-нибудь тёмным идиотам вроде вас, - усмехнулся довольный собой человек.
- А не боишься? - с улыбкой спросил Кишигай, и в глазах мэра почему-то появился страх.
- Я навёл о вас справки и в них, - руки человека тряслись, сжимая мешок путника с громадной суммой денег, которых хватило бы для безбедной жизни всех горожан на ближайшую тысячу, а то и десять тысяч лет. |