- Я заплачу тебе пятьдесят тысячь арконов... нет отдам тебе половину того что у меня есть, - взмолился мэр.

- Ты отдашь мне все, что они тебе отдали, если конечно не хочешь остаться с ними наедине, - совершенно не выражая никаких эмоций, сказал Гларкс.

- Х-хорошо, - сквозь зубы ответил чиновник, ведь ему теперь придётся отдать просто громадную сумму денег, но своя жизнь дороже.

- Другое дело, - явно обрадовался такому решению Повелитель Воды и стремительно направился в сторону Кишигая.

Руки Гларкса обволокли потоки воды, и он атаковал. За каждую секунду маг Воды наносил больше десяти ударов водными плетьми, но ни один не доходил до цели. Безумец оправдывал своё прозвище, и Гларксу казалось, что он подставляется под каждый удар, вот только перед тем как плеть должна была нанести рану, он останавливал её. Скорость, с которой Кишигай создавал испепеляющие огненные заклятия, поразила даже Повелителя Падали, который был знаком с ним очень долгое время и уже давно не видел, чтобы мага Огня так захватила схватка с обладателем противоположной стихии. Порождение Мрака успешно контролировало свою силу, не позволяя ей разгореться настолько, чтобы сразу же сжечь своего оппонента. Ведь придерживаясь уровня врага, Кишигай мог вспомнить, как ему приходилось участвовать в своих первых поединках, и как было тяжело победить. Но с течением времени количество соперников, которые смогли бы сражаться с ним на равных, снизалось до десятка знакомых Порождений Мрака и ещё парочки различных малоприятных персон.

«Этот Повелитель Воды силён, но глуповат и неопытен, хотя всё это свойственно молодым, - думал Кишигай. - Весьма странные заклинания он использует, какие-то уж слишком знакомые».

Гларкс резко отпрыгнул в сторону, и в его руках появилось что-то очень мощное, причём настолько, что даже Ароурай поставил вокруг себя усиленную защиту. Два водяных месяца вращались вокруг светящегося сгустка света. Заклинание сорвалось с рук водного мага и стремительно понеслось в сторону безумца. Страшный удар заставил город вздрогнуть, но защита выдержала его. Только рука Порождения расплавилась и крупными каплями стекала на землю, а Кишигай шипел от боли и кривился, что было весьма удивительно. Вся эта дуэль резко надоела огненному магу, и он решил быстро закончить играться со своей добычей. Порождение Мрака щёлкнул пальцами и Гларкс взвыл от боли. Воздух вокруг него резко раскалился, дождь даже не мог коснуться Повелителя Воды, так как капли попросту испарялись ещё на подлёте. Воздух вокруг мага «поплыл» и он начал кричать ещё сильнее, тело не выдерживало такой температуры и начало гореть изнутри и снаружи одновременно. Мантия превратилась в пепел, а лицо стало напоминать что-то очень страшное и мало похожее на человеческое. Десять минут умирал поверженный противник и наконец, его душа покинула то, что осталось от тела.

- Неужели и вправду больно? - удивился Ароурай, наблюдая за тем, как его друг кряхтит и морщится, стараясь замотать рукав своего камзола так, чтобы он скрыл страшную рану и отсутствующую кисть.

- Представь себе, - зло огрызнулся Кишигай. - Теперь придётся обращаться за помощью к Ривеленду.

- А что это было? Первый раз вижу такое заклинание. Хотя, как ты помнишь, только Разрушители могли нас удивить нечто новым, - задумался Повелитель Падали.

- А мне-то, откуда знать? Сам не могу понять, как он смог преодолеть Стену Мрака, при этом не разрушив её, да ещё и уничтожить мою руку, - продолжал злиться огненный чародей. - Ладно, займись уже делом и сожри эти прогнившие души, а я пока побеседую с нашим другом.

Седовласому колдуну не нужно было повторять дважды, так как голод уже давно заставлял его напасть на людей, живущих здесь, и только Кишигай был преградой, а теперь стоило действовать незамедлительно, пока он не передумал.