Дверь отварилась, и в палату вошла Лина, одетая в медицинский костюм.

— Ты что тут делаешь? — Непроизвольно вырвалось у меня. Я окинул ее взглядом, отмечая, что одежда явно была с чужого плеча, немного велика в размерах, отчего девушка выглядела еще миниатюрнее, нежели была на самом деле.

— Меня на отработку отправили сюда, мне еще неделю тут вечерами находиться, — пояснила она, наклоняясь и вытаскивая утку из-под кровати. — Да ты не переживай, я привыкла учиться и работать в нескольких местах сразу. Тут хоть спать могу по восемь часов, а до этого у меня только по шесть на сон оставалось. Так что, я, можно сказать, как на отдыхе. Скоро бессонницу заработаю. — Мило улыбнулась она. — Не стесняйся, я все детство за дедушкой ухаживала и хуже к нему относиться не стала.

— Нет уж, проводи меня в нормальный человеческий туалет, еще я не заставлял тебя за собой убирать, — кашлянул я, совершенно не ожидая такого поворота. — И не спорь. Мне нужно расхаживаться, и чем скорее начну, тем будет лучшее, — остановил я ее, не давая начать читать мне лекцию. Она задумалась о чем-то, но потом просто кивнула. — И еще, ты можешь связаться с кем-нибудь по поводу моего ухудшающегося состояния? У меня переизбыток энергии, а я не знаю, как ее выпустить. — Лина снова кивнула и достала из кармана небольшой переносной инфопланшет, и сделала вызов, на который никто не ответил. Потом она набрала текст и кому-то отправила, постоянно хмурясь.

— Елены Васильевны сейчас нет на месте, — подняла на меня глаза девушка, отвлёкшись от текста, который пришел ей в ответ. — Но я попросила кого-нибудь из дежурных подойти в палату. Это же не срочно?

— Нет, это может подождать, — прислушался я к себе, оценивая свое состояние, после чего все же решил немного прогуляться.

Опершись на стул, я смог подняться и не слишком уверенно на слабых ногах вышел из палаты, опираясь на девушку, которая служила мне небольшой страховкой, чтобы я не завалился в коридоре, элементарно оступившись.

Ванная комната, в которую меня привела Лина, была совмещена с туалетом, и в обычное время делилась на несколько палат. Но сейчас, как я понял, тут никого кроме меня пока еще не было. Наверное, это рекорд загреметь в больничку в первый учебный день. Нужно будет уточнить.

Я посмотрел на себя в зеркало. Да уж, лопнувшие капилляры в глазах, кожа бледная, темные круги под глазами, заостренные черты лица и неестественно синие губы. Зомби иногда краше выглядят, более человечнее, что ли. Я усмехнулся своему отражению, как ни странно, я уже привык к нему, и теперь довольно смутно помнил, как выглядел раньше.

Сделав все, что хотел и, умывшись, я вернулся в палату, все так же используя девушку в качестве небольшой опоры, где в полной тишине я с облегчением рухнул в кровать. Ледяной ком в груди нарастал, словно, дав себе небольшую нагрузку, я плеснул на него катализатор. Я поморщился, глядя на руки, которые начали заметно трястись. Я взял со столика стакан, в который Лина налила сок, как только мы вернулись обратно. Но даже глоток сделать не успел, поднеся стакан ко рту, я обнаружил, что он превратился в кусок льда.

— Дима? — Лина, собравшаяся уже уходить, резко обернулась и подскочила ко мне, словно почувствовав этот небольшой выброс.

— Все нормально, — отмахнулся я, действительно чувствуя себе немного лучше. — Сейчас просто стены им проморожу, к чертям собачьим, будут знать, как не реагировать на вызов.