— Как я понимаю, тут вряд ли кому до еды, поэтому перейдем к делу, — заговорил Найл, отставляя в сторону тарелку. — Не бойся, Вайг уже все знает, я ему рассказал, — успокоил он встрепенувшуюся было Исту. — так вот, перед тем, как броситься из окна, — продолжал Найл, — Юс успел сказать мне одну очень важную вещь: сегодня ночью пауки не смогут помешать нам войти в «светящийся дом».

Вайг пришел в себя значительно быстрее, чем Иста:

— Почему? — спросил он, видимо, совершенно не понимая, почему так резко все изменилось: еще сегодня утром, когда они разговаривали с братом, все было полностью безнадежно.

— Великая Дельта сегодня ночью заснет.

— Ну и что это значит? — откладывая недоеденный кусок жаркого, снова спросил Вайг. Иста пока молчала.

— Это значит, что все пауки в округе будут спать. И не только пауки. Причем, сон их будет на удивление глубоким: они практически потеряют способность двигаться.

В глазах Вайга появился озорной огонек:

— Вот это да! — азартно произнес он, хлопнув ладонью по колену. — Это совсем другое дело. И в какой момент наступит их… э… отдых?

— Точно не знаю, но, думаю, сообразим. Наверняка, сразу же изменится циркуляция энергии.

— Нет, ну как же мне все это нравится! — не унимался Вайг.

На его фоне Иста выглядела странно потерянной.

— Что-нибудь не так? — наконец не выдержал Найл.

— Этот смертоносец… он разбился, — не поднимая глаз, прошептала девушка.

Ах вот, в чем дело: еще одна добрая душа. Или просто совестно за Нита, из-за которого Юс и погиб.

— У нас мало времени, — жестко сказал Найл. Виноват Нит или не виноват, теперь уже не имело значения: Юса все равно больше не было, его не вернешь. Что толку мучиться теперь угрызениями совести. Поэтому Найл продолжал: — Выйти нужно так, чтобы никто не заметил.

На этот раз отреагировали оба: и Вайг, и Иста, которая, поняв настроение правителя, сразу же взяла себя в руки, согласно кивнули.

— Пойдем, как только поймем, что пора. Через черный ход…

Дальше инициатива невольно перешла к Вайгу. Он поинтересовался, где приблизительно находился «светящийся дом», сколько времени займет дорога, и еще долго-долго беседовал с Истой, расспрашивая ее о всяких мелочах, связанных с особенностями жизни в бывшем квартале рабов.

Внезапно Вайг, словно о чем-то вспомнив, встревоженно повернулся к Найлу:

— Постой, а как же грибы?

— Какие грибы? — не понял занятый своими мыслями Найл.

— Ну, грибы-головоноги!

— А-а, — кивнул Найл. — Мы с Вайгом подумали, что в «светящемся доме», наверно, живут головоноги, поэтому из него и так трудно выйти, — пояснил он Исте. И снова Вайгу: — Если это, действительно, грибы, то все в порядке: они тоже заснут…

До самого вечера небо оставалось совершенно чистым, но стоило солнцу зайти за горизонт, как, сразу «осмелев», одно, другое, третье… с востока потянулись серые мрачные облака.

«Будет дождь…» — вглядываясь туда, откуда появились «нежданные гости», думал Найл.

Он стоял сейчас на крыше своей резиденции, пытаясь уловить тот момент, когда произойдет обещанное Юсом чудо: все живое в Дельте погрузится в сон. Тогда можно будет отправляться в путь. Конечно, было бы гораздо удобнее идти Найлу и Вайгу, но Иста твердо сказала, что пойдет с ними в любом случаем (ее можно было понять); кроме того, Найл боялся, что они с Вайгом потратят слишком много времени на поиски «светящегося дома».