«С ума сойти…»

В памяти Найла сами собой всплывали всякие мелочи, на которые раньше он бы просто не обратил внимание: например, что повозку тряхнуло как раз в тот момент, когда он спросил Исту о недостатках своего правления. Вряд ли, простое совпадение… А когда Найл приказал сегодня утром ехать к школе, тотчас раздался подозрительный смешок…

— Кто он тебе?

— Все…

«И ты пришла ко мне…» — так больно Найлу было, пожалуй, лишь в тот памятный день — в Дире, когда его угораздило подслушать разговор Мерлью и Ингельд:

«Тебе, похоже, нравится этот парнишка?» — «С чего ты взяла?» — «Как вы с ним нынче катались по полу…» — «Не понимаю, о чем ты, — холодно заметила Мерлью, — состязание по борьбе — один из наших обычаев». — «Венценосец рассудил, что он тебе приглянулся». — «Приглянулся? Этот, тщедушный? Шутишь…»

— Надо было просто прийти ко мне, — зачем-то сказал Найл. — А не устраивать… — теперь это не имело никакого смысла, но и молчать тоже не было сил: — Герои…

Он говорил, а Иста терпеливо ждала: не просила, не плакала.

— Я ведь плохой правитель — не уважаю людей! Не забочусь об их правах! Что же ты пришла ко мне!

— Найл…

«Вот и дождался: назвала по имени…» — Найл набрал побольше воздуха и медленно-медленно выдохнул. Помогло.

— Ладно, сейчас попробую поговорить с Дравигом.

— Ни в коем случае! Простите, я хотела сказать, что этого делать нельзя.

— Почему?

— Они его ни за что не отпустят… живым.

— А ты уверена, что он еще жив? — Да. Они попытаются через него найти сообщников.

— Сообщников? Так ведь ты, вроде, говорила, их не существует?

— Не существует, но это его единственный шанс, — Иста говорила очень спокойно — ну и колоссальная же не у нее выдержка: то, что стояло за ее словами было слишком страшно…

Рассказы деда, Хеба Могучего о том, как смертоносцы наказывали непокорных, как медленно поедали жертву — иногда в течение нескольких дней, — добивая, только когда от человека оставался лишь бесформенный огрызок; мгновенно всколыхнулись в памяти Найла. Он протянул руку и осторожно положил Исте на плечо.

— Не бойся.

Она порывисто схватила эту его руку, прижала к губам и замерла — Найл хотел забрать, но передумал и погладил другой рукой девушку по волосам.

— Не бойся: мы его спасем.

Жесткие темные волосы слегка пружинили пол его ладонью, свет газового фонаря золотил отдельные волосинки… Найл крепко зажмурился, потом снова открыл глаза — все, с этим было покончено…

— Как ты узнала, что Нит попал к смертоносцам?

— Он успел предупредить.

Ясно, его взяли первым, потому что, само собой, считали более опасным и не хотели рисковать: Иста могла его предупредить. Найл невольно содрогнулся, вспомнив прыжок Юса, но это было лишь воспоминание, а Нит находился сейчас там, у них, спутанный паутиной…

Вообще-то, человека по закону должен судить Совет Свободных Людей. Может, утром его отдадут? Хотя бывший слуга… да они вывернут его наизнанку за одно то, что он сумел обвести их вокруг пальца! А уж за нападение на Юса, за то, что оказался сильнее смертоносца… Нет, с Нитом расправятся со всею жестокостью и, конечно, тайно, потому что это противозаконно.