Через несколько минут Рой уже подстрелил красную белку, сняв ее с соснового сука, откуда она верещала на него, своего друга и недруга. Когда он возвращался к хижине, он встретил Лосона, поднимавшегося от озера. Челнок был вытащен из воды и стоял перевернутый на причальной скале. Все правильно, все сделано как надо.

В хижине Лосон предъявил порядочную рыбину.

— Видите, что я тут нашел, Кевин? — сказал он Бэрку.

— Бог мой, да ведь это черный окунь, Уилл! — воскликнул Бэрк. — Где вы его раздобыли?

— Да здесь, в сетях Роя, — сказал тот. — Вот не думал, что мы обнаружим черного окуня в озерах Муск-о-ги.

Рой ждал слов осуждения за сеть, но Бэрк только посмотрел на него так, как будто это его еще пуще позабавило.

— Ну как, раздобыли белку? — спросил он Роя.

Рой поднял белку, держа ее за хвост.

— Когда я обмерю этого типа, — сказал Лосон про окуня, — вы можете приобщить его ко всему прочему. — Став на колени, он растянул окуня на разостланной на полу газете, смерил и внимательно осмотрел его. — Кстати, — как бы невзначай сказал он Рою, не поднимая глаз от окуня, — я затопил вашу сеть на тот случай, если кто-нибудь сюда завернет и ею поинтересуется. Так ведь?

Рой помедлил с ответом, потом усмехнулся. Казалось, что вот-вот он захохочет. Зел Сен-Клэр смотрел на Роя пылкими глазами кельта, осуждая эту немую сцену, в которой выдержка подавляла у этих англо-саксов и юмор и задор. Как охотник, хотя сейчас и лишенный права охоты, Зел достаточно ясно понимал ситуацию, чтобы не вмешиваться в игру Роя, но это стоило ему немалых усилий. О сети Рой больше ничего не сказал: ни извинения, ни шутки. Видимо, он понял, наконец, что это за люди, и скоро уже раздался его громкий хохот, а потом захохотал и блондин Лосон. Даже Бэрк усмехался, свежуя бобра, и глаза его поблескивали от острого чувства удовольствия.

— А чем, собственно, вы занимаетесь, друзья? — спросил Рой.

Он наблюдал, как Бэрк, сидя на пороге, обдирал и обскребывал бобра приемами настоящего охотника. Лосон все еще не поднимался с пола: сидя у печки, он решительными движениями рассекал окуня, продолжая измерять отдельные его части, потом выпотрошил его и желудок положил в банку. Эти люди знали свое дело, и это пленяло Роя.

— А мы просто бродим по всяким местам и смотрим, как живется дичи и рыбе, — сказал Бэрк. — Лосон, он ихтиолог. — Бэрк указал через плечо сточенным охотничьим ножом. При этом он посмотрел на Роя, чтобы убедиться, понравилось ли ему это слово, и Рой понял, что оно для него и предназначено. — Он специалист по рыбам, — пояснил Бэрк.

— А вы? — спросил Рой.

— А я зоолог, — сказал Бэрк.

— Значит, специалист по дичи?

— Совершенно верно.

— Что же вы делаете здесь, в Муск-о-ги? — спросил Зел Сен-Клэр.

— Смотрим, как здесь живется дичи и рыбе, — повторил Бэрк.

Лосон посмотрел на Сен-Клэра и понял, что надо успокоить и француза.

— Вам, друзья, нечего опасаться, — сказал он. — Мы в самом деле ничего общего с инспектором не имеем.

— Вы англичанин? — спросил Рой у Лосона.

— Да вроде как полуангличанин, — ответил блондин. Говор его только отчасти напоминал английский, в остальном он, насколько мог судить Рой, говорил, как канадец. Он сильно отличался от своего старшего спутника. Во всем, что Бэрк наблюдал со стороны, Лосон принимал живейшее участие, Бэрк все знал, но Рой догадывался, что Лосон способен все почувствовать.