Изменить размер шрифта - +
Просто энергию от осколка силы передавали в тело в надежде, что это поможет запустить жизнь обратно и исцелить тело. Жаль, что тело должно было быть относительно целым и недавно умерщвлённым. А на не ведьм такое вообще не действовало. Иначе бы тут всех на ноги обратно можно было бы поставить. Таким образом в прошлом спасли погибшую по вине Рея ведьму, когда он сам вернул осколок силы для этого и, можно сказать, приложил руку к её спасению. От сюда вопрос — насколько действительно он был плохим?

Что касается тела Лилит, то оно не было исцелено, но вот жизненную энергию подвостановили. Пусть способность пользоваться магией сбросилась, но вроде что-то она там уже пускает из своих пальцев. Она была не из тех, кто сдаётся и возможно сможет вернуть себе способность управлять магической силой.

— О чём думаешь? — спросила Лилит. — Обо мне? Я права?

— Нет.

— Эм-м-м… о том, что случилось, о Рее?

— Ты сказала и вот уже думаю над этим.

— А чего думать? Он мёртв, мы живы. Плохо, что Калипсо дура, но уже ничего не изменить. К тому же она погибла, а о мёртвых стараются не вспоминать плохо.

Всегда на словах так легко, но чувства такие, словно совершили ошибку. Причём помимо Рея погибла одна треть курсантов, все рыцари из группы расследований, что были в тот день в Твердыне мира и ведьмы. К тому же, ведьм погибло в половину меньше, так как их ещё убить надо было, а охотник, после резни в подземелье с камерами, вдруг стал более… милосердным, если так можно выразиться, не добивая раненых и стараясь обходить других.

Хотя то, что он убийца, уже не изменить.

Лилит же по этому поводу не сильно печалилась или делала такой вид. Радовалась, что жива, что потихоньку, пусть и очень медленно, восстанавливается, а на остальное ей было наплевать. Она это особо и не скрывала.

Завтра должны были начаться слушания по делу о бойне в Твердыне мира. Следовало разъяснить некоторые вопросы в суде. Ведь, в конце концов, здесь старались следовать букве закона, хотя не редко это использовали и в своих целях. Как и здесь, скорее всего, будут искать слабое звено, чтоб сбросить всю вину на кого-то.

— Завтра в суд… — простонала Лилит. — Эх, судебные тяжбы….

— Я бы назвал это просто разбором полётов, не более. Никого судить не собираются. Пока.

— А нас и не будут. У меня компромат на каждого судью, — улыбнулась она.

— Лилит, не вздумай, — предупредил он.

— Да ладно, они сами не рискнут. Будут давить либо на Арию, либо на Адалхеидис. Кстати, видела её недавно, у неё такое пузо! — восхищённо сказала она. — Прямо круглое! Сколько месяцев, интересно?

— Она уже здесь?

— Приехала к суду. Слышала, у неё теперь проблемы с шахтами. Тут и случившееся на неё тень бросило, теперь все знают, кто её муженёк. И беременность не даёт заняться делом вплотную, и суд ещё. А тех, кто хочет посадить к себе на поводок девушку с детишками от охотника и двумя шахтами так вообще бесчисленное множество. Давят со всех сторон и грызут её бизнес.

Лилит была прямо набором сплетен. Удивительно, где она теперь их достаёт, когда Калипсо нет, а она вступить лишний раз без помощи не может.

— А может Арию попытаются прижать, но у той за спиной дом, так что вряд ли им удастся. Скорее всего свалят на некомпетентность Калипсо и дело с концом. Ну и Адалхеидис засадят как жену.

К Адель прилетела беда примерно через месяц после случившегося, когда поползли слухи про то, что Рей был её мужем. Потом слухи переросли уже в откровенные разговоры.

А потом, около одной из шахт, на подъезде куча писак, что расписывают новости для газет, начали давить на неё и прежде, чем охрана успела тех оттеснить, она сорвалась, разревелась, накричала на них, сказав, что да, он был её мужем.

Быстрый переход