– Мне было больше некуда податься, – сказал Врон. – Если бы в этом мире нашлось место, где не действовали бы законы Риса и не было бы гадалок, я бы пошел туда…

– Такие места есть, – усмехнулся привратник. – Но ты пришел к нам, значит, тебя кто‑то к нам направил…

– Никто меня не направлял! – возмутился Врон. – Просто я случайно услышал, что вы даете приют тем, кого отвергают другие люди.

– Но тебе же не сказали о том, что мы убиваем большую часть тех, кто к нам приходит?

– Нет, – покачал головой Врон. – Про это мне никто ничего не сказал.

– А во всех окрестных селениях и городах это знают, – улыбнулся старик. – И для того чтобы человек – или не совсем человек – решился прийти к нам, нужно, чтобы ему было уже все равно, жить или умереть. Чтобы это был его самый последний и самый крохотный шанс…

– Но вы же сами только что сказали мне, что вы не всех заставляете сражаться с вашими охотниками?

– Да, это мои слова, – устало кивнул старик. – Некоторых мы убиваем еще до поединка, а на некоторых, тех, кто так и не решился прийти к нам, мы даже устраиваем охоту.

– Почему вы это делаете? – спросил Врон. – Разве че­ловек виноват в том, что он непохож на других? Разве за это обязательно его нужно убивать?

– Иногда это так, – сказал привратник. – Чаще всего у нас просто нет другого выхода. Представь себе, что ты – волк, но еще не знаешь об этом, а мы запрем тебя вместе с овцами в одной овчарне. Как ты думаешь, что произойдет?

– Не знаю, – пожал плечами Врон. – Может быть, и ничего, я же не знаю, что я – волк, и, может быть, никогда не узнаю, поэтому, наверно, и буду вести себя как овца.

– Иногда бывает и так, как ты сказал, – вздохнул при­вратник. – Но чаще всего в волке просыпается хищник, и это не зависит от его желаний и чувств, просто приходит время проснуться. И вот тогда начинаются страшные вещи. Ты никогда не бывал в тех деревнях, в которых не осталось никого живого, потому что в одном из жителей проснулся демон?

– Мне один старик рассказывал об этом, – ответил Врон. – Но я ему не поверил…

– А это случается, и довольно часто, просто никто не остается в живых, чтобы поведать о том, что произошло. Я часто бывал раньше в этих мертвых деревнях, поэтому не осуждаю вашу гадалку, которая отправила тебя в проклятую долину. И я, как она, спокойно отправляю на смерть тех, в ком дремлет кровавый демон. Благодаря этому люди сейчас стали беспечны, но они по‑прежнему живут в пограничных землях, и демоны часто появляются здесь. Мы их убиваем быстро, не привлекая внимания обычных людей, и никому не рассказываем об этом.

– Тот старик еще говорил, что именно у вас находится проход в царство демонов и что вы с ними заодно, – сказал Врон.

– Прохода здесь нет, – усмехнулся привратник. – Он далеко отсюда, и демонов мы не любим так же, как и другие люди.

– Но теперь‑то вы знаете, что я не демон? – спросил Врон. – Теперь‑то вы видите, что я – простой сельский паренек, только меня почему‑то нельзя убить.

– Это ты так думаешь, – сказал привратник. – Только сейчас ты сельский паренек, в которого вселилось нечто нам неизвестное.

– Никто в меня не вселился, – возразил Врон. – Я только побывал в Проклятой долине и встретился с пожирателем душ.