– Господин наместник, вы уж меня простите, но слишком занят, каждая минута на счету, – напряженным голосом произнес ротмистр.

Честно говоря, я даже опешил от такого приема, но нашел в себе наглость спросить в лоб:

– Господин Ларионов, вы меня простите великодушно, вероятно, сильно вас чем-то обидел. Давайте расставим все по полочкам, чтобы недопонимания между нами не возникало! А потом и предъявляйте мне претензии!

– Иван Макарович, давайте не усугублять, – донесся усталый голос ротмистра из телефонной трубки. – Ситуация непонятная, дальнейшие ваши шаги неясны, боюсь, мы можем оказаться по разные стороны баррикад.

– Охренел, Вениамин Николаевич? – как можно вежливее поинтересовался я. – Мне должности и посты на хрен не нужны! – говорю и начинаю распаляться. – Но если так сложилось, то не могу императрицу подвести. Прекрасно знаю, что она на меня сердита и обижена. На что? Это другой вопрос! Вверенную территорию я сохранил за империей, но не понимаю, из-за чего столица стала мне палки в колеса вставлять! Может, хоть ты прояснишь?!

– О чем говоришь, Иван? Какие еще палки?

– Империя перестает оплачивать счета, не поставляет наличные деньги, в том числе и на зарплаты. Мне, черт возьми, приходится изворачиваться! – раздраженно ответил я.

– Прости, но данный вопрос не ко мне. Финансами заведует казначейство, а оно, насколько тебе известно, подчиняется императрице. Однако догадываюсь, из-за каких твоих, – он выделил голосом «твоих», – действий это происходит. Ольге Николаевне прекрасно известно, что уже чуть ли не вся Сибирь тебе присягнула и называет потомком царя Тартарии. Скажешь, что это не так?

Е-мое… не смогу привести такие аргументы, чтобы мне Ларионов на слово поверил. Осознаю, что мои действия и поступки выглядят не совсем такими, какими их хочу показать. Спорить и доказывать бесполезно, вот если мятеж подавлю да прилюдно присягу принесу, то тогда, может быть, мне поверят, да и то не факт.

– Ладно, Вениамин Николаевич, время все на свои места расставит. Звоню-то по другому поводу. Тут в столицу собралась местная журналистка, Лиса-Мария Соловьева – та самая, что меня в своих статьях на всю империю превозносила, будь она неладна!.. В общем, письмо рекомендательное я от себя на имя императрицы написал. Она заручилась еще и поддержкой моей сестры, возможно, ей и Марта станет помогать. Презент для Ольги Николаевны привезет, но у меня к тебе просьба, – сказал я и замолчал.

– Что за просьба? – мрачно поинтересовался ротмистр.

– Ты уж