– Цифры соответствуют изначальным доработкам, – медленно отвечаю, пытаясь решить, как расшифровать «К»; не говорить же про настоящего изобретателя Калашникова!

Про цифры я соврал, ибо не мог же сказать, что они означают первое появление данной модификации автомата в далеком тысяча девятьсот сорок седьмом году! Самое интересное, что для меня тот год был давно в прошлом. Находясь сейчас в подвале дома и представляя оружие императрице за сорок лет до его появления, уже получается, что АК-47 – из будущего, правда, нельзя сказать, что очень далекого.

– А вторая буква? – задала вопрос императрица.

– Означает… – начал я, а потом взял паузу, лихорадочно перебирая в голове различные варианты, как назвать оружие. – Э-э-э, давайте оставим эту букву, мне понравилось звучание, – ничего не придумав лучшего, предложил и сразу же перешел к описанию оружия: – Стрельба происходит одиночными выстрелами или очередью, скорострельность – шестьсот выстрелов в минуту, прицельная дальность – восемьсот метров. Весит автомат около пяти килограммов. В магазине тридцать патронов.

– Впечатляет, – протянул Еремеев, взяв в руки автомат и внимательно его изучая. – Отказы? Это же что-то типа ручного пулемета, правильно?

– Очень упрощенное сравнение, – не согласился я.

– У тебя же тут тир, можем испытать на практике? – поинтересовался Ларионов.

– Без проблем, – пожал я плечами.

В двух словах объяснил, как пользоваться оружием, где предохранитель, перевод огня в режим очереди. Разбирать и собирать оружие не стал, в данный момент времени нет, как и смысла. Показал, как снаряжается магазин, после чего произвел один выстрел в сторону мишени. За время моего монолога и демонстрации никто не задал ни единого вопроса, внимательно выслушали. Хорошие ученики, даже императрица и та слова не сказала, хотя и читается в ее глазах вопрос, и наверняка не один.

– Очередью постреляй, – коротко попросила Ольга Николаевна, – одиночный выстрел и из винтовки можно сделать.

– Не вопрос! – усмехнулся я, но отправился к письменному столу, где в одном из ящиков хранится упаковка с берушами. – Звук от выстрелов громкий, поэтому необходимо позаботиться о барабанных перепонках, – прокомментировал свои действия, кивая на ушные затычки. – Вставляйте, потом покажу, на что способно оружие.

И вновь никто не задал вопроса! Когда уши все защитили, в том числе и я, то дал короткую очередь из автомата, патронов на десять, не целясь. Положил оружие и, вытащив из ушей затычки, сказал:

– Как-то так.

– Впечатляет, – уважительно протянул Еремеев.

– Сами попробуйте, наблюдать со стороны – совершенно не то, – сказал я, положив на автомат ладонь. – Должен предупредить: без навыков, кучность стрельбы очередью оставляет желать лучшего.

– К любому оружию необходимо приноравливаться, – согласно кивнул Еремеев.

– Мне пока непонятно назначение данного оружия, – задумчиво проговорил Ларионов.

– Ротмистр, поясните, что вы хотели сказать, – нахмурилась императрица.

– Для каких видов войск, – пожал плечами Вениамин Николаевич, а потом пояснил: – В войска? Потребуется массовое производство, а стоимость одного экземпляра, подозреваю, немалая. – Он покачал головой, а потом продолжил: – Да и патроны тут своеобразные. Если же кучность стрельбы невысока, то…

– Но в бою данное оружие намного превзойдет винтовку и револьвер, – ответила императрица.