Земля у пруда была до желтой глины вытоптана. Каждая кочка медвежатам в этом месте знакома, и все же они старались проверить все запахи. Поднимаясь кверху, под елки, они фыркали и покусывали друг друга. Пора бы и удалиться, но присутствие незнакомого персонажа на сцене возле пруда их удерживало. Некоторые возвращались еще раз понюхать ботинки, пробовали на зуб ремень фотографической сумки. Снимать было почти невозможно — утро пасмурное, а елки цедили к земле лишь жиденький свет. Валентин Сергеевич был терпелив, но все же пришла пора поманить меня пальцем: «Уходим!» Уходим, прикрыв лица, я — кепкой, Валентин Сергеевич — капюшоном. Медвежата провожали нас взглядами, забыв о возне. «Могут по следу из любопытства прийти во двор», — шепотом говорит мой спутник, оглядываясь.

Мы стояли у дома, обсуждая «поход к медвежатам». Валентин Сергеевич вынес из гаража вилы — накопать червей для рыбалки, а я остался у входа в дом с тайной надеждой: а вдруг придут?

И они появились. Сначала я увидел между гаражом и наковальней на пеньке смешную, олицетворяющую любопытство мордашку. За ней показалась другая. И вот уже три медвежонка, крадучись, зная, что пришли на запретную территорию, движутся вдоль гаража. Это тройка самых инициативных и любопытных — явно разведка. За гаражом слышно пофыркивание — остальные там в ожидании.

Я, стоя около двери, снимаю. Но фигура незнакомого человека разведчиков не занимает. Их привлекает силуэт знакомого человека и дразнящий запах разрытой навозной кучи. И тут происходит то, что и требуется. Неизвестно откуда появляется вдруг собака. С лаем она мчится к нарушителям запретной для медвежат территории и не кусает (вышколена!), но, бросаясь от одного к другому, мгновенно выметает всю компанию со двора. Это очень важный момент воспитанья. Медвежата должны понимать: близость жилища, людей и собаки для них опасны, их надо всегда избегать. Достичь этого удается. Выпущенные в природу медвежата, запрет усвоив, понимают: от людей и от всего, что связано с ними, надо держаться подальше — не было случая ни агрессии, ни опасного любопытства.

Пажетновы выпустили в леса (считая и восемнадцать медвежат этого года) сто два питомца. Конец июля — начало августа — время расставания медвежат с «детским садом». Заснять момент выпуска медвежат в этот раз приехали телевизионщики Мюнхена. Парочку мишек из группы, которых мы наблюдали, рано утром посадили в ящики-клетки и повезли в Новгородскую область. В городке Холм нас встретили местные егеря, и вместе мы поехали в нужное место здешних лесов.

Долго искали позицию — снять пробежку зверей с опушки в чащу. Она не должна быть долгой, чтобы не сбить медвежат с толку, но и достаточной, чтобы на экране был виден этот бег на свободу.

Все получилось, как ждали. Медвежата сердито возились в клетках и, как только выход открыли, пулями бросились в лес. Снимавшие быстротой этой были несколько разочарованы, зато Сергей (младший Пажетнов) был доволен: «Именно так они и должны убегать. Они показали, что знают: лес — их убежище».