— Нам и правда опасно оставаться здесь, в селении внизу? — спросила Силье, пытаясь заставить Суль сидеть смирно.

— Теперь это так, — ответил он угрюмо. — За тобой охотятся из-за общения со мной.

Общение? Это слово звучало почти так же скверно, как распутство. Она не решалась смотреть на него.

— Злая женщина… — пожаловалась Силье. — Бедный Бенедикт и другие должны терпеть ужасных людей — может быть, до конца своей жизни! — Она помедлила секунду, прежде чем продолжать: — Вы были правы, господин Бенедикт спрашивал меня, не выйду ли я за него замуж. Я, разумеется, поблагодарила, но сказала «нет». Может быть, напрасно, тогда бы мы избежали всего этого.

— Нет, — сказал Тенгель. — Супружество не спасло бы тебя сейчас. Вспомни о женах священников, которых схватили за колдовство и ворожбу! Им не помогли, хотя священники и просили их помиловать. Если уж женщину заклеймят как ведьму, то она пропала! — Чуть помедлив, он добавил: — Господин Бенедикт просил меня вернуться, как только я смогу. Он просил меня о помощи против тех.

— А не опасно для тебя быть среди людей? — Как только у нее вырвались эти слова, она поняла, что попала в ту же ловушку, что и Бенедикт однажды. Среди людей… Это звучало так обидно. Но Тенгель сохранял спокойствие.

— Конечно, но я пока с этим справлялся.

— Какую помощь хотел он получить?

— Он думает, что у меня есть возможности уничтожить их.

— Мне почти хочется, чтобы они у тебя были, — тихо сказала она.

— Нет, я не стану пробовать такое. Я опасаюсь разбудить в себе дремлющее зло. Но я вернусь к нему, потому что он так хорошо принял вас по моей просьбе. Несмотря на все, Бенедикт и его домочадцы, думаю, никогда не раскаивались. Они полюбили тебя и детей, ты это знаешь, Силье.

— Я вспоминаю их с благодарностью. О, мне бы очень хотелось, чтобы ты мог помочь им. Они не заслуживают того, что на них свалилось.

— Да, тут я полностью согласен с тобой. Больно думать о том, как легко в этом мире побеждает зло.

Сейчас ей следовало бы рассказать ему о Суль и о том случае, который указывал на сверхъестественные способности девочки. Но она не сказала ничего. Она все больше и больше убеждала себя в том, что все это ей просто показалось.

Тенгель снова стал подгонять лошадей. Лес кончался, перед ними у подножия холмов лежала равнина с крестьянскими дворами. Отсюда было хорошо видно дорогу к Утгардским горам. Немного проехав по равнине, Тенгель свернул на боковую дорогу. Силье старалась не отставать.

— Писать, — сказала Суль.

— Этого еще только не хватало! Тенгель, помоги нам сойти.

Он спешился и помог Силье.

Та отвела глаза, когда почувствовала его сильные руки на своей талии. Она не хотела еще раз встречаться с ним взглядом. Так она делала всякий раз, когда он помогал ей сойти с лошади. Однако она ощущала его пьянящую, головокружительную близость, и ей приходилось подавлять в себе сильное желание горячо обнять его, прижав щеку к его щеке.

Что это? Может, у него способность околдовывать, очаровывать ее? А что это сказал Бенедикт? «Он поймал тебя в сети волшебства». Силье была слишком неопытной, чтобы понять простую истину: чтобы управлять желаниями сердца, нет нужды в чародействе. Сердце справлялось с этим самостоятельно.

Силье возилась с Суль в то время, как Тенгель смотрел на поклажу, держа у плеча спящего Дага. Он тоже избегал встречаться с Силье взглядом, помогая ей сесть на лошадь. Он видит это, думала она. Он замечает это. Он знает…

Они продолжали путь.