География городка определялась геологией его земли. На южной окраине Макгуэйна располагалась шахта – уродливая глубокая яма, давно закрытая и отгороженная от шоссе изгородью из ржавой сетки-рабицы. В старом здании шахтоуправления теперь располагалось агентство по продаже недвижимости, где они и купили свой дом, и это здание казалось карликом, сидящим на самом краю массивной дыры, которую хорошо дополнял заброшенный высохший бассейн. Остальной город извивался на северо-запад от шахты по двум каньонам, которые выходили на плато, покрытое полынью. В лучшие годы, по словам Грегори, население городка составляло около тридцати тысяч жителей, потом, когда он здесь жил, оно сократилось до десяти тысяч, а сколько в городке жило сейчас, он не знал.

– Мы что, уже приехали? – заныл Адам.

Грегори взглянул на Джулию и улыбнулся.

– Почти, – ответила женщина.

– Поторопись, папа, – сказала Саша, – мне срочно надо в туалет.

– Стой! – Грегори уже открыл дверь и собирался войти внутрь, когда его мать вытянула перед ним свою худую руку. – Мы должны благословить дом, – сказала она, посмотрев на сына.

Грегори кивнул, жестом велев детям отойти в сторону и бросив на Джулию извиняющийся взгляд, пока его мать произносила русскую молитву.

– А что, там действительно могут быть злые духи? – спросил Адам, вытаращив глаза.

Отлично, подумала Джулия, теперь Тео точно не заснет.

– Нет, – ответил Грегори.

– Тогда почему Бабуня…

– Это просто традиция.

Несколько минут спустя старуха появилась из входной двери и кивком показала, что теперь можно заходить в дом. Саша бросилась мимо нее в сторону туалетной комнаты. Джулия могла только надеяться, что водопроводная компания не забыла подключить воду.

– А в нашем доме есть злые духи? – спросила Тео.

Грегори взглянул на мать, а та улыбнулась и погладила внучку по голове:

– Даже если и были, то теперь все убежали.

Тео и Адам с криками и смехом бросились внутрь и стали носиться из комнаты в комнату.

– Адам! – крикнула Джулия, переступая через порог. – Тео! Сейчас же прекратите бегать.

Позади них послышались звуки захлопываемой водительской двери грузовика. Грегори посмотрел на мать.

– Тебе надо было пригласить его, – сказала она. – Dedushka Domovedushka.

– Я знаю, – ответил он. – Мне очень жаль.

Женщина похлопала сына по спине, вздохнула и вслед за остальными членами семьи вошла в дом.

У Грегори сохранились детские воспоминания об этом празднике, но с тех пор он превратился в нечто совершенно неузнаваемое. Центр Макгуэйна был украшен флагами, знаменами и воздушными шарами, а автомобильная пробка ничуть не уступала Лос-Анджелесу в его лучшие годы и полностью парализовала движение на узких улочках. Сами они пошли в город пешком, с тем чтобы избежать подобных сюрпризов. Так вот те машины, которые они миновали уже за целый квартал до этого, все еще не могли их догнать. Он заглянул в водительское окно неподвижно стоящего «Сатурна» и увидел там возбужденного блондина, возмущенно выговаривающего что-то сидящей рядом жене.

Джулия, проследив за его взглядом, улыбнулась и сказала только одно слово: «Очаровательно». Адам и Тео были сильно взволнованы, а Саша хотела остаться дома с Бабуней, но после того, как ее тоже заставили идти, шла молча, с кислым видом, демонстрируя свой протест тем, что отстала на несколько шагов.

Откуда-то издали донеслись выстрелы с шоу «Дикий Запад».