Из-за этого Франсуа не может возвращаться домой один, и ему нельзя ходить в гости к друзьям. Однажды его уже пытались похитить, чтобы замучить до смерти.

— Мне кажется, монгол — это ты, — не унимался Жан А. — Мой папа задаст твоему одной левой.

Но по субботам времени на перепалку не бывает — возле школы нас ждет папа. Сначала он заходит в детский садик за Жаном Г., а потом тащит все наши портфели и покупает по дороге всякую всячину — просто потому что это суббота и у него выходной.

Мы с радостными криками забегаем в универмаг и копошимся на полках с игрушками, где полно солдатиков и машинок.

Жан А. собирает оловянных солдатиков. Он покупает фигурки, а потом сам раскрашивает их специальной кисточкой, которую обмакивает в специальную баночку с краской. У него уже есть отряд пехоты, конницы, несколько маршалов с перьями на шляпах верхом на лошадях и простые солдаты, которые тащат на плечах бочки и мешки с порохом.

— Кто тронет моих солдатиков — убью, — предупреждает Жан А.

Я собираю велосипедистов. У меня есть все участники «Тур де Франс» в майках своих команд, с номерами на груди и флажками, прикрепленными к раме велосипеда. Это скорее летняя забава, потому что «Тур де Франс» начинается в июле. Но я все равно пользуюсь тем, что мы зашли в магазин, и покупаю себе одного велосипедиста про запас. Мы весело возвращаемся домой, обсуждая, кто что получил в школе на этой неделе, — особенно, конечно, если оценки хорошие…

Ведь в этом случае в субботу после обеда папа обязательно отведет нас в бассейн. Всех, кроме Жана Д. Он еще очень маленький. Бассейн в нашем городе находится в порту. Это громадное бетонное здание с огромными окнами — такое ощущение, что плаваешь посреди моря в самый шторм. Вода в бассейне, конечно, подогревается, но через застекленные проемы в стенах можно увидеть, как снаружи о берег разбиваются настоящие волны, как идет сильный дождь, — аж мороз по коже!

В бассейне пахнет хлоркой и носками, слышится голос тренера и кваканье его шлепанцев, когда он ходит вдоль бортика. Мы раздеваемся по двое в кабинке — чтобы было быстрее — и забегаем в душ. Но только на секунду, потому что он ледяной!

Жан А. уже умеет плавать и дразнит нас, изображая танец африканского аборигена, потому что именно ему на ногу вешают браслет с ключом от раздевалки.

— Тут как на Северном полюсе! — кричит он нам. — Вода минус 120 градусов! Выжившие тщетно пытаются уцепиться ногтями за кромку льда!

Пока папа отворачивается, тренер успевает дать Жану А. хорошего тумака, а затем расставляет нас вдоль бассейна по росту.

— Ну что, рыбки мои! Страшно? Сейчас я вам покажу, где раки зимуют! Греемся и не отлынивать! Я вас всех вижу!

Тренера зовут Мишель. Папа его очень уважает — возможно, потому, что у Мишеля под майкой огромные бицепсы. А еще у него маленькие плавки, желтые шлепанцы и стрижка ежиком.

— Раз-два! Дышим! Раз-два! — орет он во все горло, опираясь одной рукой о металлический поручень, а другую держа в кулаке на поясе. — Эй, ты! Толстячок! Давай-ка, сгибай коленки!

«Толстячок» — это я. Я ненавижу плавки, потому что они пережимают живот, и он свисает. Жан В., например, очень худой. Он всегда показывает упражнение первым.

Но больше всего везет Жану Г. Ему только четыре года, и он учится плавать в лягушатнике с тренером Изабель. Изабель очень красивая: у нее светлые волосы, которые всегда заплетены в косу, и олимпийский купальник. Она занимается с малышами. Жана Г. она называет «мой утеночек», а еще она завоевала кучу призов на чемпионатах Франции.