— Кто тронет мои марки, — не перестает он нам напоминать, — убью.

Однажды я захотел сделать Жану А. сюрприз: взял его дряхлые марки за шесть копеек и обменял у своего друга Франсуа на целую серию новеньких и красивых. Они прямо пестрели всеми цветами радуги. Серия была посвящена олимпийским видам спорта.

Я думал, что Жан А. просто сойдет с ума. Он внезапно пожелтел, потом позеленел, а затем стал красным, как свекла.

— О боже! На помощь! Мне плохо! — вопил он, расстегивая воротничок рубашки.

А вечером мне досталось от папы.

— Цена марки не зависит от ее размеров! — кричал папа. — Самые ценные марки — это самые старые! Коллекционеры готовы отдать целое состояние за «пожелтевшие обрывки», как ты их называешь!

Папа позвонил папе Франсуа и попытался ему все объяснить: что это была ошибка, что мальчик в этом ничего не понимает и что он сам придет домой к Франсуа, чтобы забрать марки, когда папе Франсуа будет удобно…

Откуда мне было знать, что эти квадратные оборвыши стоили каждый в десятки раз дороже, чем вся серия про олимпийские игры?

С тех пор Жан А. называет Франсуа жуликом, а мой папа не здоровается с его папой, когда они встречаются по субботам в школе.

— Поиграть в детективов? — переспросил я. — Иди играй со своим дружком Стефаном — он ведь такой же умный, как ты!

— Не получится. У Стефана скобы на зубах. Как он будет расследовать преступления с этой штуковиной во рту?

— Хорошо, давай играть, — согласился я. — Только с одним условием — я буду главным детективом.

На улице все еще шел дождь, поэтому мы взялись за картон, чтобы сделать себе визитные карточки.

На своей я написал:

Жан Б.

Частный детектив (расследования, слежка, секретные операции).

Всем спецслужбам приказано содействовать детективу.

Подпись: начальник разведывательного управления.

— Что за начальник? — возмутился Жан А.

— Так надо, — объяснил я. — И фамилию указывать совсем не обязательно, потому что это — начальник разведчиков.

— Так зачем он тогда подписался?

— Не твое дело. Он начальник, ему решать.

Жан А. вооружился своей лупой для разглядывания марок, а я прихватил свой швейцарский ножичек — на случай, если надо будет взламывать замки, — и маленький блокнотик для записи показаний.

— Что теперь? — уточнил Жан А.

— Нам нужен секретный код, который бандиты не поймут.

Жан А. нашел рацию, которую нам подарил дедушка Жан на Рождество, и закрылся в ванной.

— Прием! Как слышно? — спросил я. — Альфа! Это Альфа? Как слышно? Прием!

— А кто еще это может быть, редиска? — прозвучал из рации искаженный до неузнаваемости голос Жана А.

Я зачитал ему сообщение, которое заготовил:

— Агент Альфа, прием! Агент Дельта на связи: пдзртлн тп… Повторяю: пдзртлн тп…

Разъяренный Жан А. вышел из ванной.

— Что это еще за абракадабра? У тебя припадок бешенства или ты специально?

— Сам редиска! Это значит: подозрительный тип на горизонте. Это и есть секретный код. Просто вставь гласные буквы. Я сам придумал.

— Ты меня достал! — продолжал возмущаться Жан А.