Он откупорил бутылку, обхватив ее огромными волосатыми пальцами, и налил, понемногу в низкие бокалы.

— Попробуйте этот нектар. Это вам не сантуринское. Особенно нынешнее. Где взять травы, которые давали ему аромат и вкус? Кто их привезет из Греции! Ах!.. А здесь еще есть и вкус, и аромат. Попробуйте, барышня. К вину я рекомендую вам сыр и маслины. И зелень, конечно.

— Давайте, давайте то, что положено, — поддержал его Шумов. — Вы знаток, и мы вам доверяем.

Грек был польщен и доволен.

— Вы останетесь довольны. Просто ужас берет, когда подумаешь, что будут пить люди! Водку? Бр-р-р… Или, может быть, мадеру, которая пахнет жженой пробкой! Боги послали людям вино. Но боги дают, а мы не умеем беречь и ценить их дары!

Грек не обманул. Вино оказалось настоящее, терпкое и ароматное.

— Вам нравится? — спросил Шумов Софи.

— Да.

— Божественно. Сегодня очень хороший день. Правда, Соня? — повернулся к ней Юрий.

— Хороший.

— Я очень рад, — сказал Шумов. — Конечно, я не могу угостить вас, как наш общий друг… Его возможности шире, но чем черт не шутит, вдруг и мне повезет. В коммерции, разумеется. Впрочем, пардон. Я знаю, вы оба презираете бедных торговцев.

— Ну, это не совсем так, — возразил Юрий.

— В самом деле! Кажется, совсем недавно ты был категорически против этих низменных занятий.

— Я говорил о риске, ненадежности. А может быть, я просто завидовал твоим возможностям, потому что не имел своих?

— Что-нибудь изменилось? — спросил Шумов осторожно, обратив внимание на слова «не имел».

— Не одному же тебе везет!

— Было бы прекрасно, если б ты последовал моему примеру… Мне тогда показалось, что ты слишком увлечен политикой.

— Трудно остыть после стольких лет…

— И все-таки пора. Лучше пить это прекрасное вино, чем разведенный спирт в окопе.

— Вы думаете? — усмехнулась Софи. — Ну что ж… Тогда за мирную жизнь!

«Что это с ними сегодня?.. — подумал Шумов с беспокойством. Он прекрасно понимал, что люди не меняют своих взглядов так быстро. — Неужели они разгадали меня и подсмеиваются? Или стараются обмануть?»

Плохо было и то, и другое. Но первое даже хуже, потому что направленные действия понять было легче.

— И за успехи в мирной жизни! — поддержал Шумов. — Ты не возражаешь, Юра?

Юрий взглянул на Софи, и она улыбнулась ему.

Вино уже немного кружило голову.

— За большой успех! — добавил Юрий.

Он выпил все, что было в бокале.

Софи хотела только пригубить, но, глядя на Юрия, подумала: «Пусть это будет наш тост!» — и тоже выпила до дна.

Шумов сделал небольшой глоток, но оба не обратили на это внимания. Он тут же снова разлил вино.

— Мне бы хотелось выпить за вас, мадемуазель.

И сразу исчезло радужное, приподнятое хмелем чувство.

— Спасибо. Я думаю, это лучше сделать в следующий раз. Не могу же я прийти в клинику нетрезвой. А мне пора.

В подтверждение она посмотрела на часы.

— Мы проводим вас!

— Благодарю. Я сама.

И, отклонив предложения и протесты, Софи шла одна.

Шла она недовольная собой.

«Зачем я так? Откуда эта неприязнь? Он опасен? Тем более. Где же мои мудрость и коварство? Но я не могу иначе…»

Однако главная ошибка заключалась в том, что она оставила Шумова наедине с Юрием…

Юрий не заметил, что вторую бутылку выпил, в сущности, один.