— Возможно. Расскажи еще что-нибудь.

— Лошадьми занимается моя сестра. Ее ферма расположена на возвышенности, и там огромные луга, на которых растут миллионы полевых цветов.

— Цветы — это красиво. — Амбер не сомневалась, что ей бы понравилось гулять по лугам, покрытым разноцветным ковром из цветов. — Что еще?

— Она занимается конкуром. И у нее скакуны ганноверской породы.

— Здорово! И как? Получается?

— Мы все надеемся, что Стефани поедет на следующую Олимпиаду в составе национальной сборной.

— Могу поспорить, она обожает лошадей…

Амбер попыталась представить, что чувствует человек, у которого есть страсть в жизни. Хорошо иметь увлечение, особенно если у тебя получается то, чем ты занимаешься.

Ройс кивнул.

— Она занимается конным спортом с пяти лет.

— Хотела бы и я увлекаться чем-нибудь, — вздохнула Амбер и потянулась за новым орехом.

Он отреагировал не сразу, будто сначала тщательно обдумывал то, что она сказала.

— У всех есть какая-нибудь страсть в жизни. Осмелившись, Амбер подняла голову и встретилась с ним взглядом.

— А что ты любишь?

— Лететь со скоростью звука ясной ночью. Или над пустыней в Неваде.

— Часто получается?

— Не так часто, как бы хотелось.

Амбер не сдержала улыбки.

— Умело справляешься с самолетами?

Взгляд его спустился к открытому декольте ее платья, а в голосе вдруг появилась хрипотца.

— Я умелый во многих вещах.

— Но вести себя в рамках приличий не всегда умеешь. — Амбер предостерегающе погрозила ему пальцем.

Однако когда Ройс улыбнулся, довольный собой, она снова почувствовала сладкое и в то же время опасное томление в груди.

— Теперь твоя очередь, — сказал Ройс и, заметив непонимание у нее на лице, объяснил: — Что ты любишь?

Конечно, надо было ожидать, что он задаст ей этот вопрос. Чтобы выгадать время и подумать, Амбер сделала небольшой глоток коктейля, прежде чем отвечать.

— Модные туфли, — объявила она, ставя бокал обратно.

К ее удивлению, Ройс нагнулся и заглянул под стол:

— Лгунишка.

— С чего ты взял?

Амбер вытянула ноги, чтобы показать свои черные босоножки на шпильках.

— Я встречался с женщинами, которые были помешаны на дизайнерских туфлях.

— А я не говорила, что я на них помешана.

— У тебя они простые, без претензий, — сказал Ройс и до того, как она поняла, что он задумал, положил одну из ее ног к себе на колени. — А вот здесь на ремешке потертость. Ты их надевала уже много раз.

Его большой палец, когда Ройс показывал на место потертости, как будто случайно слегка дотронулся лодыжки Амбер.

— Я не говорила, что схожу с ума из-за новой обуви, — повторила она, стараясь не обращать внимания на теплоту, исходящую от его руки, и легкие, нежные прикосновения. Пульс у нее участился, и Амбер с трудом подавила желание убрать ногу, но решила, что этим только выдаст себя.

— Подумай еще, — предложил Ройс.

— Торт на день рождения. — В этот раз она была более откровенной. — Трехслойный, с кремом и с сахарной глазурью. И обязательно украшенный светло-розовыми бутонами роз.

Он рассмеялся и в следующий момент опустил ее ногу на пол.

«Слава богу!» — промелькнуло у нее в голове.

— Сколько тебе лет? — спросил Ройс, взяв целую горсть орехов.

— Двадцать два.