Йолин задумалась.

– Пожалуй… – произнесла она неуверенно. – Иногда мама запирается в своем кабинете и не велит себя беспокоить. Однажды, когда я была маленькой, я спряталась за шторой и…

– Ну же, Йолин, что вы видели? – подбодрил я, чувствуя азартную дрожь.

– Мама перебирала какие-то бумаги, – сказала Йолин. – Читала их и, кажется, плакала… Но всё-таки, зачем вам это?

– Сюда кто-то идет, – опомнился я. – Простите, Йолин, мне пора…

Однако откланяться с достоинством мне не удалось – дверь распахнулась, и на пороге возник крепкий седобородый старик, потрясающий увесистым дубовым посохом. Отчего-то все серьёзные белые маги, не шарлатаны, коих мне доводилось знать, были глубокими старцами. Видимо, они считают недопустимым расходовать энергию на поддержание себя в приличной форме, а в результате редко доживают до полутора сотен лет. А если и доживают, то выглядят так, что лучше бы уж им было скончаться в конце первого века.

Однако этот старик был вполне ещё крепок, только жутко пьян.

– Чернокнижник!! – взвыл он, опасно размахивая посохом. – Здесь?! Тебе не уйти!..

На моё счастье, старикан был пьян до изумления, иначе, вместо того, чтобы произносить речи, он активировал бы магическую защиту над замком, а тогда мне бы точно не удалось удрать.

– Лорд Гайлис! – В гневе Йолин была великолепна. – Кто позволил вам врываться в мои покои?

– Здесь же!.. – начал он, но Йолин уверенно перебила:

– Здесь никого нет, лорд Гайлис!

Зараза, Йолин стояла как раз между мною и зеркалом, через которое я мог бы уйти! Ну ладно, поступим иначе… Я обернулся крупным черным коршуном – не хотелось бы попасться в лапы птичке покрупнее себя – и вылетел в окно.

Маг выкрикнул что-то невнятное и взмахнул посохом. Сноп белых искр полетел мне вслед, каким-то чудом миновав Йолин. Проклятый старикашка подпалил-таки мне крыло… Однако я ушел, и это не могло не радовать!

Вернувшись к себе, я первым делом направился в свой кабинет, чтобы закрыть портал: не хватало, чтобы пьяный маг ввалился ко мне по мною же проторенной дорожке! Быстрым шагом я вошел в кабинет… да так и осел в удачно подвернувшееся кресло. Свеча, которую я оставил гореть перед зеркалом, свеча, которой полагалось гореть минимум шесть часов – погасла!!

Знаете, в старых дедовских способах тоже есть свои недостатки, и подчас весьма серьёзные… Не стану вдаваться в подробности, скажу лишь, что попробуй я пройти через портал с погасшей свечой, мне пришлось бы очень и очень несладко! Сомневаюсь, что я вообще сумел бы выбраться…

Я ещё немного посидел в кресле, ощущая противную дрожь в коленках. Если бы не этот пьяный маг, перекрывший мне дорогу к отступлению, я бы тут сейчас не сидел и не дрожал. Получается, нелепая случайность спасла мне жизнь! А могла бы и прикончить… Что ж, порадуемся такому везению!

Ожог на правом плече болел невыносимо, поэтому я занялся самолечением, попутно размышляя об услышанном сегодня. Итак, я пришел к выводу, что Йолин – вовсе не дочь короля Йонаса. То, что королева Амориэлла – её мать, сомнений не вызывает. Но вот интересно, кто же был отцом принцессы? Похоже, Амориэлла выходила замуж уже будучи в интересном положении и прекрасно об этом зная, отсюда и такая поспешность. Что же, неизвестный возлюбленный обещал жениться, а узнав о ребенке, испарился? Не похоже… Вряд ли бы тогда Амориэлла стала со слезами перечитывать его письма (а я не сомневался, что свидетельницей именно такой сценки и стала маленькая Йолин). Зная характер королевы, я бы скорее предположил, что она сожгла бы эти письма, а пепел развеяла по ветру. Выходит, с неизвестным возлюбленным что-то произошло.