– Ангус, я хочу…

Темные пальцы ласкали ее. Загрубевшие, нежные, сильные. Играли ее грудью, гладили соски. По-другому, совсем по-другому. Она тихонько застонала.

– Я хочу…

– Да? – прошептал он.

– Я хочу…

Это все, что она смогла пробормотать, все, о чем могла думать.

– Я хочу, я хочу, я хочу…

Она хотела, чтобы это было чудесно, она хотела, чтобы это было… по-другому.

Раньше она никогда не занималась любовью. А он делал именно это. Занимался с нею любовью. Каждым словом, которое шептал ей, каждым своим движением и жестом.

Каждое уходящее мгновение…

– И не подумаю.

– Почему?

– Где ты была?

– Там же, где и ты, на ранчо Беннингтона. Он покачал головой.

– Ты уезжала.

– Но потом вернулась.

– Тогда зачем ты крадешься через потайную дверь?

– Я не крадусь…

– О Господи, ты же здесь. И ты всегда пользуешься потайной лестницей, когда хочешь незаметно уйти или вернуться. Я прав?

– Какая потайная лестница! Это всего…

– Поразительно! И ты ничего мне не сказала!

– Я просто забыла.

– О, разумеется! Ты делаешь только то, что считаешь нужным, помнишь? Ты сочла нужным выйти за меня замуж.

Энн молчала, ноги у нее вдруг стали ватными. Возьми себя в руки! Он ничего не знает, он нашел потайную дверь случайно.

Или нет? Почему он не стрелял в нее?

– Сегодня был такой утомительный день…

– Согласен, но хотелось бы узнать, почему он оказался столь утомительным.

– Ну, день был утомительным потому… Закончить Энн не успела. Он рванул ее к себе, схватил одной рукой за волосы и, запрокинув ей голову, с яростью произнес:

– Что нужно сделать, чтобы ты наконец поняла, насколько твоя игра опасна?

– Я не играю ни в какие игры! – закричала она.

В следующий момент, перелетев через всю комнату, Энн рухнула на кровать, но тут же вскочила. Он выругался и угрожающе шагнул к ней.

– Нет! – в ужасе закричала она, падая обратно. К удивлению Энн, он больше не сделал ни шагу. Его бронзовое лицо посерело, пальцы сжались в кулаки.

– Будь ты проклята! – прошептал он. И, не оглядываясь, вышел из комнаты.

Энн глубоко вздохнула и закрыла глаза, вызывая из памяти тот последний день, когда она видела своих родителей живыми.

Отец уже не спал, но Энн лежала тихо, делая вид, что не проснулась. Его рука нежно погладила округлившийся живот матери. Скоро должен появиться второй ребенок, которого они ждали с такой радостью.

– Ты прекрасна, – прошептал он. Энн услышала тихий смех матери.

– Я бесформенная и нескладная.

– Но прекрасная.

– Ты тоже прекрасен, Джошуа. Ты знаешь это? Прости меня. Я все время ворчу и сержусь.

Наверное, мы бы уже давно приехали на место, если бы не мое желание путешествовать с другими поселенцами.

– Все в порядке, Дженни. Что хорошего путешествовать в одиночку? Здесь мы в безопасности.

– Который час? Нельзя задерживать этих славных людей, они и так проявили любезность, взяв нас с собой…

– Не волнуйся. У нас достаточно времени. Я уверен, мы будем на месте до того, как родится мой сын.

– А если дочь?

– Тоже хорошо. Наша маленькая кокетка получит сестричку. Держу пари, она подслушивает. – Отец щелкнул Энн по носу.